Страница 3 из 14
Всё, что я могла предъявить — это свой чистый телефон. Но, опять же, это не далеко не железное доказательство.
Юристы Пустовита обстряпают всё так, будто я писала с левого телефона. А со связями этой семейки легко будет и этот выдуманный телефон предъявить, и даже мои пальчики на нем найти.
Когда человек хочет выйти сухим из воды и при этом отомстить другому, он пойдет на всё.
А Валерий добивается как раз этого. Хочет меня наказать и заодно прикрыть свои грешки.
Есть еще, правда, какие-то интимные фото, о которых твердила Алевтина, но мысли об этом вообще меня в дикий ужас приводили.
Я не представляла, как должна доказывать, что не я на этих снимках. Догола раздеться и пройти освидетельствование?
Чтобы какой-то непонятный эксперт рассматривал мое тело и потом сличал со снимками?
Нет, на такое унижение я точно пойти не могла.
Путем таких умозаключений я пришла к выводу, что игра не стоит свеч. В противостоянии с этой семейкой мне не выстоять.
Справедливости всё равно не добьюсь. Только нервы себе окончательно испорчу и подвергнусь унижениям.
Был еще вариант подключить Руслана, но этого я тоже не хотела. Не желала, чтобы он влезал в это дерьмо. Видел грязь и слышал мерзости, которыми меня поливают.
Я не сомневалась, что он меня защитит, но… зачем разводить дрязги, споры, судебные слушания на месяцы, если можно просто уйти с высоко поднятой головой?
В конце концов, грязь ко мне не прилипла. Я и морально, и физически чиста. Валерий это знает, а Алевтина может думать обо мне всё, что хочет.
Нравится ей считать меня шлюхой — пусть. Мне от этого ни холодно ни жарко.
А работу я найду. Москва — город большой, вакансий много, не пропаду…
В итоге спустя полтора часа размышлений я окончательно решила уйти и не пытаться баламутить топкое болото.
Пусть Валерий и Алевтина сами в нем барахтаются, для них, похоже, это родная стихия.
*****
К обеду я упаковала все свои вещи и попросила охранника отнести коробки в машину.
А потом забрала из отдела кадров свои документы и сделала небольшое объявление в актовом зале. Для тех, кто не был занят с клиентами.
Персонал был в шоке от моего увольнения. Я видела это по их лицам. Все сидели, как мешком пришибленные и не понимали, за что меня уволили.
— Как же так? — Таня всё же решилась задать волнующий всех вопрос. — Варвара Олеговна, вы же замечательный руководитель. Почему вас уволили?
Рассказывать коллегам обо всем я не собиралась, конечно. Мне было противно обмусоливать это.
Но просто промолчать я не могла. Поэтому сказала правду, но строго выверенную и размытую.
— Скажем так, уволили меня несправедливо. Я не хочу и не буду вдаваться в подробности. Во-первых, мне неприятно, а во-вторых, это просто бессмысленно. Алевтина Петровна сделала свой выбор, и я больше не стану ее переубеждать. Так что сегодня я с вами прощаюсь, а завтра у центра будет новый руководитель. И еще, не знаю, какие слухи поползут обо мне, знайте: всё это неправда. Я ухожу с высоко поднятой головой и чистой совестью. А вы держитесь, мои хорошие. Пусть у вас всё будет хорошо…
В центре меня уважали, так что прощание затянулось на добрый час. А потом я вышла, немного постояла, рассматривая знакомый до боли фасад, и села в салон своей тойоты…
Внутри всё клокотало от несправедливости и незаслуженной обиды, а слезы отчаянно жгли глаза, но я усилием воли взяла себя в руки.
Ничего, увольнение еще не конец света, — повторяла про себя как мантру.
Как говорится, когда закрывается одна дверь, где-то открывается другая. И мне эту новую дверь предстоит найти.
А еще у меня есть любимый мужчина. И возможно, мое увольнение пойдет лишь на пользу нашим отношениям.
Глава 3
Несмотря на принятое решение, остаток дня я провела в унынии. Всё же сложившуюся ситуацию не так легко было переварить.
И как бы я ни пыталась изменить свое отношение к сложившимся обстоятельствам, мне всё равно было неприятно, обидно и даже больно.
Чтобы не оставаться одной в пустой квартире, я поехала с ночевкой к маме. С ней единственной я могла поговорить по душам и поделиться своей бедой.
А чтобы хоть немного отвлечься, занялась приготовлением ужина. Знала, что вымотанной после работы маме будет приятно не стоять у плиты, а сесть за уже накрытый стол.
Так и пролетело время. Я встретила маму с работы, мы поужинали, а уже после я рассказала маме обо всем произошедшем.
Всё начиная с того злополучного корпоратива.
— Как же так, Варя? — мой рассказ привел маму в крайнюю степень негодования. — Как Алевтина могла так с тобой поступить? Почему поверила в эту наглую ложь?
— Муж оказался ближе к телу, — невесело усмехнулась я. — Вот и выбрала его сторону. А может, просто не хочет верить в то, какая он паскуда. Сознательно отказывается видеть правду. То ли из-за большой любви, то ли просто потому, что ей так удобно.
— Может, действительно удобно. Поэтому так категорична в своих обвинениях. Видимо, даже думать не хочет о том, что ты говоришь правду. Не хочется ссориться и разводиться с муженьком, поэтому и избавилась от тебя как расходного материала. Но ты, Варя, тоже хороша!
— В смысле?
— В прямом! — мама хлопнула ладонью по столу и вскочила с места. — Почему ты молчала о приставаниях этого мерзавца? Он же тебя лишь чудом не изнасиловал. Сразу надо было идти и рассказывать всё Алевтине!
— Но всё же обошлось, — вздохнула я. — Вот я и решила не гнать волну. Думала, что и правда полез по пьяни ко мне. Некоторые же мужики совсем дурные становятся, как выпьют. Не соображают ни черта. Вот и поверила, что не будет больше лезть ко мне. Скандал и огласка ему не нужны.
— Очень самонадеянно, милая. Да, скандал ему не нужен, поэтому он и оболгал тебя. Поэтому и время выжидал, расчётливый гад. Знал, что спустя три месяца твои слова не будут иметь никакого веса. И что в суд ты не пойдешь. И вот мы имеем, что имеем. С такими, как этот Пустовит, нельзя заключать сделки.
— Теперь я понимаю это, но все мы задним умом крепки. Если бы я могла предвидеть такой расклад, конечно, молчать не стала бы. Но я не предвидела. Так какой смысл сейчас корить себя? Прошлое не вернуть, хоть голову о сто стен разбей. Да и не факт, что Алевтина тогда бы мне поверила. Уверена, этот подонок наплел бы ей с три короба, и результат был бы тот же самый. Наверняка Валерий бы выставил всё так, будто я его завлекла в подсобку и попыталась соблазнить.