Страница 40 из 41
– Не догадалась. Просто вижу. Позволите вам помочь? Я заберу боль.
Русоволосый посмотрел недоверчиво.
Регина испугалась: а вдруг не получится? С Иларией тогда всё удалось. Но няня же и сама – целительница. Может, она просто сложила вместе их силы и таким образом прогнала болезнь? А сейчас няни нет рядом, она осталась у ворот, а без нее может не получиться… Но попробовать же можно! Ну не получится, допустим. Не убьет же он ее?
Порозовев от смущения, сказала тихо:
– Вы присядьте и успокойтесь. Я подойду к вам близко, но дотрагиваться не буду. Сделаю всё на расстоянии, не прикасаясь.
Недоверчиво хмыкнув, царедворец сел на табурет. Она подошла к нему. Как там няня учила: надо погрузить руки в эту серую дымку, почувствовать её… Потом зацепить… Да, вот она, пристала к ладоням, как липкая паутинка. Теперь что? Ага, вспомнила: вытягивать. Она стала потихоньку тянуть эту паутинную дымку, постепенно вытягивая ее из русоволосой головы. Потом, как учила няня, собрала дымку в комок и полностью вытащила из головы.
Все еще держа в руках воображаемый клубок, заглянула в глаза и спросила с надеждой:
– Ну что – помогло?
Царедворец прислушался к себе, и лицо его разгладилось:
– Вся боль ушла. Как и не бывало! Весьма признателен вам за помощь. Теперь могу работать в полную силу. Вы чего хотите?
– Для начала – откройте окно, пожалуйста.
Он молча выполнил ее просьбу. Регина подошла, выглянула. Няня говорила, что нельзя хворь сбрасывать на растения. Лучше бы в камин, в огонь. Но в этой комнате камина не было. А под окном ничего не росло. Значит, хворь ничему не навредит. И кстати, ее дождь смоет. Невозможно дальше держать в руках эту липкую гадость…
Перегнувшись через подоконник, она бросила вниз серый клубок, который видела только она, и попросила:
– Вы можете полить мне на руки?
Пожав плечами, он взял кувшин:
– Вода здесь вчерашняя, свежей еще не налили. Ничего?
– Нормально. Главное – руки отмыть.
Он поливал тонкой струйкой, а она оттирала с ладоней липкую серость, пока не почувствовала, что руки уже чистые. Тогда только глубоко вздохнула и улыбнулась:
– Ну вот, ничего нет. Спасибо за помощь.
Русоволосый снова поднял брови и хмыкнул:
– Мне?… Это вам спасибо за помощь! Я никогда еще в дождливую погоду не чувствовал себя так хорошо, как сейчас. Вы просто спасли мой день! Чем я могу вас отблагодарить?
Она помялась и сказала тихо:
– Мне бы надо попасть к королю… Это можно устроить? К кому с этим обратиться?
Он задумался:
– Аудиенции расписаны на месяц вперед…
– Но я не могу ждать так долго! У меня очень срочное дело!
– Какого характера ваше дело?
Она снова замялась:
– Личного характера. Касается моего имения.
Больше ничего объяснять не стала. Еще не хватало, чтобы судачить начали… Король ей, скорее всего, откажет. А вот слухи бегут быстро. И как тогда пережить такой позор?…
– Я понимаю, что от вас мало что зависит. Просто скажите, кто ведает расписанием аудиенций.
– Вот как раз я и ведаю. Вы обратились по адресу. Я – Арий. Личный секретарь короля.
Девушка ахнула:
– Правда? Вот это удача! Но… Если вы говорите, что всё расписано на месяц вперед… Что мне делать?
– Для начала – представьтесь. Как вас зовут?
– Регина.
– Знаете что, Регина? Услуга за услугу. Вы помогли мне, а я помогу вам. Во всяком случае, попробую. Его величество очень ответственно относится к своим обязанностям. Приходит всегда за час-полтора до начала аудиенций, и мы с ним тщательно просматриваем все вопросы, с которыми люди записываются на прием. Если вы обещаете, что ваш вопрос не растянется на целый час, я могу вас впустить перед всеми. Без очереди. И потом выведу через потайную дверь, чтобы очередь из вельмож не возмутилась.
– О, потайная дверь – это как раз то, что мне нужно! Не хочу попадаться на глаза этим вельможам…
– Договорились. Тогда идемте сразу в зал для аудиенций. Король скоро появится, нельзя заставлять его ждать.
Прихватив со стола стопку прошений, Арий снова побежал по коридору. Регина – за ним. Правда, в этот раз путешествие оказалось совсем коротким: до зала было всего-то шагов тридцать.
Вбежав, Арий оглядел зал и выдохнул:
– Успели! Его величество еще не появился.
Подошел к столу в нише, сгрузил прошения, проверил перо и чернила. Регина молча оглядывала зал. Здесь было очень красиво! Она не видела, как выглядит зал для аудиенций в Миладе, но в этом зале чувствовалось истинно королевское величие: всё было выполнено строго, добротно, со вкусом. Всё здесь дышало властью и превосходством над посетителями. Малый трон, стоявший на возвышении, выглядел монументально. К нему вели ступени, причем всего две. И правда, зачем делать много ступеней? И так понятно, что король – это король. Стены задрапированы шелком и бархатом в серо-голубых тонах. Странно.
– Господин Арий, разве не полагается драпировкам быть алыми или пурпурными?
Подняв глаза от бумаг, он улыбнулся:
– Полагается. Но не здесь. В красных и золотых тонах у нас декорирован большой тронный зал, с парадным троном. Специально для помпезности. А здесь его величество пожелал видеть рабочую обстановку. Чтобы яркие цвета не отвлекали от дел.
Хм, разумно…
В это время в противоположном конце зала открылась дверь и вошел человек – с озабоченным лицом и бумагами в руках. Еще прошения принес… Бедный Максимиан IV, король славного Миритона! Когда же он успевает всё это разбирать? А тут еще она со своей авантюрой…
Арий встал:
– Доброе утро, ваше величество. Надеюсь, вы в добром здравии?
Регина опешила. Он сказал «ваше величество»? Этот человек, которого она приняла за еще одного секретаря, – король?!
Ноги стали ватными. Голова закружилась. А сердце вообще остановилось. Нет! Подождите! Она же не готова! Как же так – без предупреждения…
Но Арий сказал:
– Ваше величество, у вас посетительница. Она не хочет встречаться с другими просителями, поэтому я привел ее пораньше. Изволите принять?
Оторвав взгляд от бумаг, король, который в эту минуту королем совсем не выглядел, обвел глазами помещение, увидел Регину. Оглядел ее, прищурившись.
Регина сжалась в комок, желая в этот момент провалиться сквозь пол, и желательно – навсегда. Но провалиться не получалось. Ну да, полы во дворце крепкие, добротные. Как и всё остальное.