Страница 97 из 129
Он плакал. И плакал. И плакал еще немного. Из его глаз текло так много слез, что Петра начала опасаться за его психическое благополучие.
Что ей оставалось делать?
Что она должна была сказать?
У нее не было слов. Невозможно выразить глубину ее неверия. Ее
облегчение
. И все же… это казалось слишком легким. Слишком простым. Слишком удобным. Оправдание, которое можно было найти после того, как он сорвал цветок и понял, что другой, более красивый, ждет его на другой стороне пруда.
— Скажи что-нибудь, — донесся до нее хриплый голос Акселя, прорвавшийся сквозь ее сомнения. — Что угодно. Пожалуйста.
Она попыталась пошевелиться, но он все еще держал ее. — Мне нужно, чтобы ты отпустил меня сейчас.
И очень медленно его руки высвободились. Он склонил голову в знак поражения, уставившись в точку на земле перед ее ногами. — Я думал, это ты, — донеслись его прерывистые слова. Его дрожащий шепот. — Я никогда не прощу себя.
Она сделала шаг назад, потом еще один. Пока не достигла полога палатки, вернув на место маску безразличия. — Ты простишь. Однажды все это превратится всего лишь в уродливое воспоминание. — И повернулась, уходя от воина, который остался разбитым на холодной земле, реки блестящих слез текли по его прекрасному лицу, когда он смотрел, как она уходит на войну.