Страница 2547 из 2588
— «В древние времена в северных землях был явлен меч великий, именем Калберн, прозванный Клыком чёрного дракона. Горные боги вручили его Сигурду, первому графу Эмберлейну, когда он ещё был простым воином. В день ритуала, после принесения жертв на горе Мортран, явились ему три божества: одно — как древний старец, второе — как муж в расцвете сил, третье же — дитя невинное. Даровали они Сигурду три клинка и камень синий, что клинки те вместе соединил. Боги молвили, что ежели напоит он сей меч кровью сердец ста героев, познавших победы на поле брани, станет он королём севера. Поняв, что героев таких легче найти в горячих сражениях, отправился Сигурд в Сен-Марко и присягнул на верность королю Роберу. Собрав в битвах тридцать жертв для своего клинка, удостоился он от короля титула барона за свою доблесть. Но война завершилась, и, собрав войско, вернулся Сигурд в родные края. Отвоёвывая землю и замки у соседей, не знал он поражений, и великий Калберн, пируя кровью врагов его, вёл его к величию. Вскоре стал он графом, владея многими землями и пастбищами, и замок построил, имя которому дал Ройвен, в честь жены своей. Не найдя более среди соседей достойных воинов, Сигурд граф Эмберлейн начал зазывать отважных мужей со всех земель в свой замок на пиры, охоты и турниры, но лишь для того, чтобы напоить кровью их сердец свой меч ненасытный. Эта нечестивая хитрость разгневала богов. Когда до сотни жертв оставалось всего пять, гора, где замок его стоял, поглотила его вместе с мечом. Титул и владения его унаследовал сын, не помышляя более о короне севера, довольствуясь графским венцом и не разделяя стремлений отца своего. В памяти же народа гор Сигурд остался под именем Кровавый, а меч его звали с тех пор Кровопийцей. Записано на одиннадцатом году правления короля Карла жрецом третьего графа Эмберлейна Готтардом».
Закончив читать, граф Эмберлейн обвёл лица своих слушателей торжествующим взглядом.
— Меч, скрытый в горе двести лет, наконец, явил себя, в чём я вижу добрый знак для рода Эмберлейнов. И хоть эта кровавая история не делает чести моему предку, я полагаю, что обретённая реликвия станет достойным украшением замка Ройвен.
— Да, история скверная, — пробормотал Абланкур. — Хотя меч, и правда, хорош!
— Я принял бы вашу летопись за легенду, каких много в наших краях, — с воодушевлением произнёс Берен, — если б не увидел её героя собственными глазами. Смерть его была ужасна, хоть и заслужена. И я охотно верю, что это странное оружие выковано в подземной кузне горными духами, потому что за века, что он был скрыт в своём узилище, он не только не проржавел, как латы этого мертвеца, но клинок его даже не потускнел, а по блеску кромки лезвия я вижу, что он всё также остр и смертоносен.
— Ты хочешь оставить его здесь, Сигвальд? — недоверчиво покосившись на скелет, спросила Эланор. — Не лучше ли поднять его в главный зал и повесить на видном месте?
— Он всё ещё в руках своего владельца, — возразил тот. — Не думаешь ли ты, что и его заточённый ранее в этом камне дух теперь освободился и бродит вокруг, охраняя свою реликвию. Вдруг Сигурд Кровавый обидится на меня за то, что я отобрал его меч, и станет мстить?
— Своему потомку? — удивился Абланкур.
— Кто знает, насколько испортили его и без того крутой нрав годы заточения, — усмехнулся Марк.
— Ты веришь в призраков, де Сегюр? — удивился тот.
— А ты веришь в магические мечи?
— Ничто в этом мире не случается просто так, — барон Меридок строго взглянул на них, как на расшалившихся мальчишек. — Я тоже не поверил бы в эту историю, но и эти кости, и этот меч выглядят слишком странно. Я много повидал на своём веку, и этого вполне достаточно, чтоб верить в то, что любая легенда на поверку может оказаться правдой.
— Ты думаешь, что дух этого Сигурда может бродить по подземелью? — испуганно огляделась Эланор.
— Я думаю, что нам не стоит беспокоить мёртвых, — неожиданно отрезал старик и, развернувшись, направился к лестнице. Девушка поспешила за ним.
— Хотел бы я подержать в руках этот меч, — пробормотал Абланкур, снова подойдя, чтоб рассмотреть его ещё раз. — Как думаешь, де Сегюр, удобно ли биться таким?
— Кто знает… — неопределённо пожал плечами Марк.
— И ты не хотел бы заполучить что-то подобное?
— Лишь в качестве украшения в оружейный зал. В бою я привык полагаться на свой меч, который хоть и не носит столь громкое имя, уже не раз спасал мне жизнь. Ты всё хорошо рассмотрел? — обернулся он к лису, который задумчиво щурился, поглядывая на скелет и его оружие.
— Я увидел достаточно, чтоб не только задать некоторые вопросы, но и ответить на них. Идём?
Они ушли, оставив внизу хозяина замка, который с удовлетворением наблюдал за тем, как заинтригованные рыцари изучают его находку.
Когда друзья вернулись в свою комнату, там уже хозяйничал Эдам. Возле печурки лежала связка дров и стоял небольшой ящик с углём. На столе возле окна поблёскивал круглый чеканный поднос, на котором красовался кувшин и два кубка. Вещи из седельных сумок были аккуратно развешаны или сложены в сундук.
— Этот негодяй управляющий оказался таким жадным, — пожаловался оруженосец. — Мне пришлось помучиться, чтоб выпросить у него дрова и уголь. Пока тут тепло, но если, и правда, пойдёт снег, то будет куда холоднее.
— Ты думаешь, будет сильный снегопад? — удивился Марк, взглянув на него.
— Так говорят. Я уже свёл тут знакомства, и хоть некоторый назвали меня алкорским шпионом или псом Сен-Марко, другие отнеслись вполне учтиво. Сержант на крепостной стене сказал, что уже несколько дней на дне пропасти скапливается туман, и когда он достигнет стыка между стеной замка и скалой, обязательно пойдёт снег. А кухарка объяснила, что если первым светлым утром морозно, значит, через три-четыре длинных дня точно будет хороший снегопад.
Марк бросил задумчивый взгляд на плотно закрытые ставни.
— Снег закроет перевал, и мы будем заперты здесь до оттепели. А она может случиться нескоро.
— То есть мы не сможем уехать отсюда? — забеспокоился юноша. — Нас не хватятся дома?
— Я предупредил, что могу задержаться. Но рано или поздно хватятся. Пока отдыхайте, если будете нужны, я вас позову.
— Ладно, — Эдам в нерешительности замер посреди комнаты. — Может, помочь вам снять кирасу?
— Пока не нужно. Вечером Хуан поможет.
— Как скажете… — вздохнул юноша и направился к двери. — Если что интересное узнаю, прибегу, доложу.