Страница 107 из 124
— Ты знаешь, когда мы сражались тогда… Я чувствовал мощь. Настоящую. Ты достойный противник. И напарник, на которого можно положиться.
Ещё бы
, — он прищурился и обнажил клыки в усмешке. Но глаза остались тёплыми. Чуть насмешливыми, но тёплыми.
Дракон вылез из пещеры следом. Киро покосился на него с явным неодобрением.
Эта ящерица теперь будет с нами везде летать?
— А почему нет? С драконом проще нежить жечь.
Ты ещё скажи — „и девушку впечатлить“.
— И это тоже.
Я забрался на загривок дракона. Чешуя под руками была горячей. Зверь расправил крылья и одним толчком взмыл в воздух. Киро прыгнул следом, устроился позади меня, цепляясь когтями.
Мы пролетели над пастбищем нежити. Сверху оно выглядело как гниющая рана на белом снегу. Десятки, сотни мёртвых тварей.
Это всё из Разлома
, — раздалось в голове. —
Тот, что мы закрыли.
Я прищурился. В самом центре пастбища огромная фигура копалась в груде тел. Огр. Он поднял голову, заметил нас. Взревел.
Элианы здесь нет
, — отрезал Киро. —
Я бы почувствовал.
Мы полетели дальше. Пастбище осталось позади. Впереди показался лес. Чёрный, заснеженный. А над ним — струйка дыма.
Я направил дракона вниз.
Опустились на поляну у самой кромки. Снег взметнулся, осел на плаще. Я спрыгнул с загривка ящера на землю, и в ту же секунду мою грудь снова насквозь прострелило дикой, острой болью — словно прямой удар калёного клинка. От неожиданности мне пришлось судорожно схватиться рукой за горячий драконий бок. Тёплая чешуя зверя помогла мне удержаться на ногах и не упасть в сугроб. Я глубоко выдохнул, заставляя боль утихнуть, окончательно выпрямился и уверенно пошёл вперёд.
Киро к этому моменту уже вовсю активно крутился возле брошенного, едва тлеющего кострища. Лис сосредоточенно нюхал холодный снег, тщательно царапал когтями серую золу и то и дело прижимал нос к примятой земле. Его хвосты при этом ходили из стороны в сторону ходуном от возбуждения.
Она была здесь совсем недавно.
Я огляделся. Ни намёка. Только примятый снег. Сломанные ветки. Тропа, уходящая на восток. И глубокая колея — не то от полозьев, не то от крупных лап.
Дракон остался на поляне. Я приказал ему ждать в воздухе и не спускаться без команды. Мы с Киро выдвинулись в лес.
Тропа петляла. Уводила всё дальше в чащу.
Следы становились свежее. Вот здесь они останавливались — снег примят, ветка сломана на высоте плеча. Вот здесь — снова шли. А вот здесь к ним присоединился кто-то третий. Крупный. С копытами. Следы глубокие, уверенные.
Олень»
— определил Киро. —
Северный. Он их вёл.
— Куда?
В Солон. Больше некуда.
Густой заснеженный лес кончился совершенно внезапно. Вековые деревья резко расступились в стороны, и мы с лисом вышли на огромное открытое пространство. А прямо перед нашими глазами выросла колоссальная, непреступная стена. Высокая, из прочного темного дерева. И массивные ворота, таинственно и ярко светящиеся мягким зелёным свеем.
Солон.
Ворота пропустили нас — створки разошлись сами, без скрипа. Улицы — узкие, мощёные камнем. Дома с остроконечными крышами, окна закрыты ставнями, но из щелей пробивается жёлтый свет. Запах хлеба. Дыма. Сушёных трав. Где-то залаяла собака, и тут же смолкла — словно её одёрнули.
Таверна «Клевер» нашлась довольно быстро. Я толкнул дверь. Внутри — тепло. Гул голосов. Запах мяса и эля. И толпа.
Я обвёл глазами зал. Дыхание перехватило.
Элиана сидела у дальнего окна. Живая. Закутанная в чужой плащ. Рядом — Крип, что-то жующий. Перед ними — пустые тарелки и глиняная кружка.
Она подняла голову.
И наши взгляды встретились.
Я наконец-то выдохнул полной грудью, сбрасывая остатки напряжения. В эту секунду даже мучительная боль в моей груди окончательно отступила на задний план.
Жива, моя глупая ведьмочка.