Страница 8 из 18
Жаль, этого оказалось недостаточно. Штормовые глаза сузились, превратившись в узкие щёлочки, руки будущего дарая с хрустом сжались в кулаки. А я даже моргнуть не успела, как он исчез с того места, где я его прежде наблюдала. Вот парень есть, а вот его нет. Только едва уловимая тень мелькнула перед моими глазами, прежде чем его ладонь сжалась на моём запястье, а меня всё-таки потащило к выходу из паба.
Не будущий дарай, а прям псих какой-то!
Нет, конечно, почти все адепты факультета боевых искусств Академии Дахаг`Раиз отличались жестокостью, беспринципностью, циничностью и безжалостностью, особенно по истечение третьего года обучения, когда становились законченными социопатами, но также среди отличительных черт будущих дараев обычно числились убийственное хладнокровие и нескончаемая выдержка. Над адептами издевались во время изнурительных тренировок так, чтобы они были способны выдержать вообще всё, включая пытки при попадании в плен (тут, к слову, непонятно для каких целей, ибо ни один дарай ни к кому в плен не попадал ещё ни разу, самоубийцы в двенадцати империях редко встречаются) и даже недельные марш-броски пешим ходом без запасов еды и воды по мёртвым степям. Но конкретно у этого представителя элитных войск империи Шаардан почему-то с выдержкой всё обстояло довольно паршиво, она отказала у первого угла, стремительно миновав который, он затащил меня в ближайшую подворотню, резко прижимая спиной к стене.
Решила, что второкурсник!
А он решил, что я недостаточно впечатлена его яростью, поэтому со всей дури проломил кулаком каменную кладку совсем рядом с моей головой. Голова порадовалась, что попало всё-таки не по ней. Каменная кладка грустно рассыпалась в мелкий камешек.
— М-мамочка… — само собой сорвалось с моих губ.
Голос прозвучал пискляво и жалобно. Но на этой ноте надежда на то, что парень обучается на втором курсе, себя исчерпала. Минимум на третьем, поскольку степенью моего священного ужаса перед проявлением грубой силы парень ничуть не проникся.
— Скорее уж папочка, — съехидничал он.
Кулак, оставивший вмятину на фасаде, так и остался совсем рядом с моим лицом, и я невольно покосилась туда, попутно размышляя о том, что же так сильно его взбесило. Вариантов было не так уж и много. По-любому я. Неспроста же он так быстро меня нашёл после утреннего столкновения. Другой вопрос, я пока не понимала, в чём именно крылась проблема: то ли адепт осознал, что ему теперь каким-то образом придётся избавляться от чужого артефакта, а мастер Ширмин потерял и нашёл какой-то другой артефакт, то ли с этим адепт уже как раз разобрался, артефакт всё-таки принадлежал мастеру Ширмину и был возвращён. Кстати, обе руки парня уже были свободны от опасной игрушки. Вот только с подставой будущий дарай не смирился и будет мстить. Определиться самостоятельно у меня не получалось, соответственно, в котором из направлений мне извиняться, тоже пока ясно не было.
— Замечу хоть одну искру, пожалеешь, — добавил между тем продолжающий пребывать в бешенстве парень.
Не просто сказал ведь, фактически прорычал!
— Да я и не собиралась, — спешно отозвалась я.
Не поверил. Штормовые глаза гневно вспыхнули. Хватка на моём запястье стала крепче, при том что он умудрился каким-то немыслимым образом ещё и вторую мою руку сжать, и всё это одной ладонью.
— Я знаю, что на твоём личном деле стоит красная метка, так что прекрати разыгрывать дурочку, — процедил сквозь зубы… точно псих.
Самый настоящий!
Но это я оставила при себе.
— Ты залез в канцелярию? — удивилась.
— Я залез в директорский кабинет, — брезгливо скривился он.
Подозреваю, скривился он от того, что я недооценила его умения. Что ж, с этих пор лучше ожидать от него чего угодно. Хотя это не помешало мне заметить:
— Врёшь. Если бы ты залез в директорский кабинет и действительно видел моё личное дело, то не стал бы говорить о красной метке. Нет у меня никакой метки.
Я сама лично видела, когда заглядывала туда!
С другой стороны, я же не конца досмотрела файлы, потому и решила уточнить:
— Что за метка вообще такая?
По губам парня скользнула надменная насмешка.
— «Особо опасна», — снова прищурился он, угрожающе склонившись надо мной. — Так что, как я и сказал, прекращай притворяться и строить из себя святую невинность, — закончил гораздо тише. — Признавайся.
И так и не отпрянул. Наоборот. Я не просто прочувствовала каждый произносимый им звук, благодаря близости твёрдых сухих губ к моей щеке, сами губы тоже ощутила. Нет, не поцелуй, но он словно зачем-то решил попробовать на вкус часть моего лица, прижимаясь столь радикальным образом. К тому же шумно и глубоко вдыхая, как если бы собирался оценить ещё и запах.
Вот теперь мне стало по-настоящему страшно!
— В чём признаваться? — ужаснулась и вслух.
Говорят, каменные драконы в своё время обладали способностью впадать в столь длительную спячку, что их принимали за монументальные горы. Если б у меня был такой дух, я б непременно слилась сейчас со стеной, и тогда не пришлось бы в неё безуспешно вжиматься, мечтая о скором окончании приступа бешенства у адепта. Я же точно знала, в такие моменты агрессора лучше не провоцировать, надо просто терпеть, чтоб не стало хуже.
— А что, скажешь, не в чем? — процедил сквозь зубы адепт факультета боевых искусств. — Ты забралась в лабораторию на нижних уровнях, украла связующий артефакт Тхаэра, и… — и не договорил.
Умолк, ещё раз с шумом втянул в себя воздух, а затем и вовсе мазнул губами по моей щеке, сильнее вжимая меня собой в стену. Честно, не знаю, как меня по ней не размазало. Поразилась бы, но пришлось поражаться другому:
— В лаборатории ты сегодня не была, на тебе ни грана реактивов, ни следа отката на ауре от охранных заклинаний, — проговорил скорее самому себе, нежели мне. — Мокрая, потому что упала в фонтан на южной стороне парка, но обычная вода бы не смыла, — явно припомнил момент нашей встречи.
Я же успела себя высушить, перед тем как отправиться в город. А он… ему-то откуда знать? Не про степень моей сухости, про реактивы и всё такое прочее.
Может, это такой новый виток его психопатии?
Он же ни одного сканирующего заклинания не применил, просто стоял и нагло лапал меня.
Или не лапал, а реально пробовал?
По всему выходило, что именно так.
— Как ты это сделала? — Он ослабил хватку и отступил на четверть шага назад, задумчиво вглядываясь в моё лицо. — У тебя есть сообщник? Кто? — уставился с исследовательским интересом.