Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 89 из 479

Глава сорок третья. Договор к полнолунию

Ариана

— У меня никогда не было того, что обычно называют ухаживаниями,— продолжил Король тем же ровным, лишенным эмоций тоном.— Свиданий. Нервного ожидания поцелуя у порога. Ничего такого.

Острое, почти болезненное любопытство пересилило мой шок.

— Так значит, ты никогда ни с кем просто... не встречался? Не гулял, не говорил о пустяках?— спросила я.

— Нет,— он коротко качнул головой.

Служанка забрала наши пустые миски, дав передышку.

— Почему?— выдохнула я, когда она отошла.

Король усмехнулся, но в этой кривой, невеселой усмешке была бездонная, старая горечь.

— Ты правда хочешь знать?— переспросил он с вызовом.

— Конечно.

— Потому что не видел в том смысла,— отрезал он, — Мне никто не был нужен, кроме нее. Она давала все, что я, как мне тогда казалось, мог желать: ясность, структуру, одобрение за безупречное исполнение правил. Это мой мир, все, что я знаю.

Сердце упало куда-то в пятки, сжавшись в ледяной ком. Лучше бы мне этого не знать... но остановиться я уже не могла.

— Эта женщина...сколько ей было лет?— осторожно спросила я.

Король коротко, беззвучно хмыкнул.

— Что такое ваши года для моего народа? Достаточно, чтобы ее авторитет был непререкаем.

— Вы с ней по-прежнему... видитесь?

— Да.

— И ты по-прежнему...э-э...— Я покраснела, не зная, как сформулировать ужасный вопрос.

— Нет,— он качнул головой, и на его губах появилась странная, снисходительная и печальная улыбка.— Она остается ценным советником. И другом, в некотором роде.

— А Келани знает?

Король посмотрел на меня поверх кубка, как на ребенка, задавшего наивный и глупый вопрос.

— Разумеется, нет.

Служанка вернулась, неся блюдо с запеченной в глине дичью, но аппетит у меня пропал. Какое открытие. Король, этот абсолютный властитель, в юности был... подчиненным. Ничего себе. Я отпила еще вина, чувствуя, как голова начинает слегка кружиться.

Боги, сколько всего нужно было переосмыслить. Мне требовалось побыть одной, без этого сбивающего с толку, гипнотического присутствия. Мне казалось, он— сама суть правителя, истинный Король, рожденный повелевать, а теперь...

— Учеником... все время?— выдохнула я в полном замешательстве, не в силах скрыть дрожь в голосе.

— По сути, да. Хотя физически мы были вместе не постоянно. Это было... сложно. Я рос, учился управлять Двором, а вечером возвращался к своим... обязанностям. Ешь, Ариана,— ровно и настойчиво произнес Король, слегка кивнув в сторону блюда.

— Я правда не хочу,— пробормотала я, отодвигая тарелку. Я была потрясена до глубины души.

Король помрачнел, и в воздухе запахло грозой. Его пальцы сжали край стола.

— Ешь,— приказал он тихо, слишком тихо, и в этом шепоте звенела бронза.

Я взглянула на него, встретив ледяной, не терпящий возражений взгляд. Этот бессмертный, могущественный мужчина прошел через насилие, пусть и завуалированное...

— Не дави на меня,— негромко, но твердо ответила я, выпрямив спину и глядя ему прямо в глаза.

Король моргнул, отступая. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение, прежде чем маска снова скользнула на место.

— Хорошо,— негромко согласился он, ослабляя хватку.

Если я подпишу этот договор, он всегда будет мной командовать? Даже в таких мелочах? Я нахмурилась, обдумывая эту мысль. Нужно ли мне это? Взяв нож из грубого металла, я с опаской отрезала кусочек мяса. На удивление нежно и ароматно.

— Наши... отношения... всегда будут такими?— прошептала я, не в силах поднять на него глаза, уставившись в тарелку.— Ты будешь приказывать даже в еде?

— Да,— отрезал Король без колебаний, и в его голосе снова зазвучала привычная, неоспоримая уверенность.

— Понятно,— покорно кивнула я.

— Более того, со временем ты будешь ждать моих указаний. И находить в них покой,— добавил он убедительным голосом, словно делясь сокровенной истиной.

Честно говоря, в это было трудно поверить. Я положила кусочек в рот.

— На такое трудно подписаться,— проговорила я, тщательно пережевывая и стараясь казаться спокойной.

— Согласен,— Король на мгновение закрыл глаза, его лицо исказила тень усталости или боли. Когда он вновь открыл их, они были полны мрачной решимости.— Ариана, ты должна прислушаться к себе. Изучи договор. Архивы открыты для тебя. Я с радостью объясню все, что смогу. Я вернусь из поездки к границам через три дня. Если захочешь поговорить раньше, попроси слуг — они передадут весть. Очень хочу, чтобы это сработало. Если честно, я никогда ничего не хотел так сильно, как тебя.