Страница 417 из 479
Он слегка отвернулся от дороги и посмотрел на меня.
— Он сказал, что его жена была той самой лекаркой, которая осматривала и ухаживала за тобой. — Я встретила взгляд Короля и не отвела глаз. — В тот страшный день, когда тебя отыскали в подвалах Неблагого Двора. Ты был истощен и изранен, и тебя вернули домой.
В этот миг прекрасное лицо Короля окаменело. Оно превратилось в холодную маску, за которой он прятал своего раненого внутреннего зверя. Его дыхание вновь прервалось.
— Еще лорд Брендон сказал, что исцеляло твои внутренние раны, — продолжила я, — это игра на арфе… и разговоры с маленькой Келани.
При упоминании сестры жесткие губы Короля дрогнули. Он мягко и нежно улыбнулся, и лед в глазах, казалось, немного подтаял. Я увидела, как расслабились его плечи.
— Она была совсем маленькой, когда я увидел ее, — тихо сказал Король. Меня поразила ласковая грусть в его голосе. — Она родилась прямо перед пленом и не смогла запомнить родителей. И я не успел к ней привыкнуть. Но, когда я увидел ее, то был в полном восторге, а вот Карадог — нет. Ему и так пришлось долго приноравливаться к моему дикому и нелюдимому характеру. — Он чуть улыбнулся уголком губ. — Келани была прекрасна, как лесной цветок. Сейчас ее прелесть, конечно, немного потускнела, — закончил он с легкой иронией.
В моей памяти сразу всплыли вечные попытки принцессы помешать нашим с Королем тайным намерениям остаться наедине и предаться страсти. Келани неизменно была в этом очень настойчива и успешна.
От забавных воспоминаний я невольно рассмеялась, впервые за эту долгую и страшную ночь.