Страница 418 из 479
Глава двести пятая. "Моя леди"
Ариана
Король удивленно покосился на меня. Его глаза чуть прищурились и засветились в полумраке.
— Тебе это кажется забавным, Ариана? — шутливо спросил он.
— Мне показалось, что принцесса была полна решимости. — Я все еще улыбалась. — Она явно хотела разлучить нас, чтобы уберечь меня от твоего дурного влияния.
Король невесело хмыкнул.
— О да, в искусстве интриг ей действительно нет равных во всем Тир-Нан-Ог. — прохладная ладонь Короля опустилась на мое колено и сжала. В этом жесте была и власть, и бережность. — Но мы оказались сильнее, — добавил он с едва заметной улыбкой. — Мы не поддались коварству Келани.
Я захихикала.
Король снова посмотрел в зеркальный кристалл. Затем удовлетворенно кивнул.
— Похоже, за нами никто не гонится.
Мне показалось странным, что Морвид может последовать за нами, скорее всего, она прячется в самых темных и пустынных галереях, когда опытные воины прочесывают в королевском замке каждый дюйм.
Но я промолчала.
Король резко натянул вожжи и увел карету на узкую улицу окраины Бангора, окутанную ночным туманом.
— Можно мне спросить тебя? — тихо сказала я. — Она касается леди Элейн.
Наша повозка уже замерла у перекрестка, и мы ждали, пока ночная стража на заставе пропустит нас дальше.
Король не ответил сразу. Он смотрел на переливающийся алый кристалл на верхушке указательного столба, и в этом багровом сиянии его профиль казался высеченным из темного рубина.
Мне показалось, что мы не уезжали из Страны Ворожеек, так все вокруг было чудесно.
— Попробуй, — недовольно прошипел Король сквозь зубы.
Это было явное предупреждение, но я в очередной раз решило его проигнорировать. Я слишком долго молчала.
— Когда-то ты сказал, что она касалась тебя в тех границах, которые ты считал для себя возможными, — Я говорила медленно и старалась осторожно подбирать слова. Мне не хотелось задеть его внутреннюю рану. — Что она знает, где можно. Как я должна понимать эти слова?
Король отвернулся к окну. Я увидела, как напряглись его плечи под вышитой тканью камзола.
— Неужели твое сердце до сих пор этого не поняло? — спросил он глухо.
— Нет. Это слишком сложно для меня, — призналась я и сжала пальцы на коленях, чувствуя себя маленькой и неловкой.
Король молчал долго, тронув карету дальше. Я уже не надеялась услышать ответ.
— В те времена после плена я был неуправляем, — наконец, сказал Король. — Я был диким и опасным для всех, кто был рядом. — Его челюсть яростно заходила желваками от нахлынувших воспоминаний. — Я не выносил, когда кто-то даже случайно прикасался ко мне. И, видят Силы, я до сих пор с трудом это переношу. — Король сделал паузу, и его дыхание стало тяжелее. — Мне было восемнадцать лет по меркам людей. После плена прошло уже немало времени, но я ощущал себя чужим в этом мире. В моей крови бушевали дурные инстинкты и первобытная сила. Это было самое страшное время в моей жизни. — Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидела древнюю рану, которая не заживала до сих пор. — Элейн научила меня направлять этот гнев в другое русло. Она показала мне, как выпускать пар, не разрушая все вокруг.
А-а-а. Вот, значит, в чем была их тайна. И она связала их уродливым, хотя и прочным узлом. Мне стало не по себе.
— Келани сказала мне, — осторожно продолжила я, — что в юности ты был отчаянным драчуном. Что был готов пролить кровь за любую обиду.
Я старалась говорить мягко. И тем более не хотела, чтобы в моем голосе звучало осуждение.
— Клянусь дубом, ясенем и терновником! — Король с раздражением покачал головой,— Какая же у меня невыносимо болтливая сестра. — Он вздохнул. — Впрочем, в этом виновата только ты, слишком хорошо умеешь втираться в доверие и расспрашивать.
Мы снова остановились перед очередным перекрестком. Ночной патруль пропустил нас без вопросов, стоило Королю поднять руку. На его пальце сверкнул перстень с гербом.
Король слегка прищурился и посмотрел на меня, качнув головой с шутливым осуждением.
— Ты умеешь узнавать сокровенные тайны, — сказал он. — Это пугающее умение.
— Келани сама рассказала мне эту историю, — ответила я с гордостью и плотнее закуталась в плащ. — Она беспокоилась, что ты устроишь резню прямо на балу. Из-за того, что тебе не удастся выкупить на аукционе право на мой первый танец.
— О моя дорогая, глупенькая Ариана, — бархатно промурлыкал Король. Он величественно и снисходительно усмехнулся,— В тот вечер придворным ничто не угрожало. Поверь мне, я ни за что не позволил бы ни одному существу во всем Благом Дворе коснуться тебя, и тем более танцевать.
— Но ты позволил это Советнику Карадогу, — напомнила я, приподняв бровь.
— Карадог — это другое, — чуть мягче ответил Король, — Он всегда был исключением из всех моих правил. И останется им.
Карета плавно подъехала к постоялому двору «Алый дракон» и покатила дальше по аллее. Влажные ветви старых ясеней касались окон.
Карета остановилась перед главным входом, где в лунном свете журчал большой каменный фонтан, украшенный небольшими скульптурами. Их каменные лица в темноте казались живыми, и мне показалось, что они провожают нас взглядами.
— Нам пора. Выходи, — сказал Король.
Он легко скользнул наружу и непринужденным движением достал наш багаж.
Навстречу уже бежал молодой слуга, путаясь ногами в полах длинной одежды. На его лице было написано крайнее изумление. Было уже поздно: прошло три ночные стражи, а знатные гости появились в такой час. Слуга низко поклонился.
Король небрежным величественным жестом бросил ему кожаные вожжи.
— Для меня и леди должны были оставить лучшую комнату, — коротко и сухо сказал Король, и, даже не взглянув на парня, швырнул в воздух золотую монету.
Мальчишка-слуга снова почтительно склонился, сияя от восторга перед щедростью повелителя. Он быстро прыгнул на сиденье нашей кареты и бесшумно увез ее в сторону конюшен. Ворота заскрипели и закрылись.
Король властно и крепко взял меня за руку, и мы переступили порог роскошного холла.
— Эту гостиницу тоже построили фейри? — тихо спросила я, наконец-то поняв, почему мы ехали так далеко и окольными путями.
Еще несколько месяцев назад я и помыслить не могла, что бессмертный народ ведет денежные дела с людьми.
Король коротко кивнул.
Я очарованно пошла по холлу. Мягкий свет серебряных канделябров заливал все вокруг. Мои сапожки бесшумно ступали по дощатому отполированному полу.