Страница 382 из 479
Глава сто восемьдесят седьмая. Платежный сертификат
Ариана
Я сидела между Королем и Канцлером Брендоном, и любовалась белой карточкой передо мной. На ней каллиграфическим почерком изящными серебряными буквами, было выведено мое имя — Ариана Роуз ван Гвент.
В этом мире фейрийского морока и масок, где каждый прятал лицо, мое имя, написанное так старательно, показалось драгоценностью.
Слуга в белых перчатках зажег канделябр с высокими тонкими свечами, и мягкий, теплый свет разлился по столу, заиграв в хрустале и серебре.
Лорд Брендон к моему изумлению, наклонился и поцеловал меня в обе щеки.
— Рад снова видеть тебя, Ариана, — сказал он с искренней, казалось, теплотой. Необычная маска придавала ему величественный, почти королевский вид, словно он был древним духом, явившимся на пир из легенд.
Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Мое горло сжалось от внезапного волнения.
— Благородные леди и достопочтенные лорды! — звонко крикнул церемониймейстер, вновь появляясь на сцене. Его голос был веселым, словно птичья трель. — Пожалуйста, выберите главу вашего стола!
— О-о-о! Меня, меня! — тут же завопила Келани, подпрыгивая на стуле с такой энергией, что бледно-розовая туника взметнулось, словно от вихря.
Она чуть не свалилась, и лорд Шон, улыбаясь, поддержал ее за локоть. Леди Эйрлис неодобрительно покачала головой. Канцлер Брендон раскатисто засмеялся и хлопнул ладонью по столу.
— Молодец, принцесса! — воскликнул он. — Не давай старшим скучать!
Король под маской чуть заметно улыбнулся. Его рука под столом легла на мою ладонь, ободряюще сжала и отпустила.
А внутри, глубоко, серебряные шары напомнили о себе очередной тягучей пульсацией. Я перевела дыхание и взяла бокал с розовым вином.
Ночь только начиналась. И впереди были торги, танцы и обещание, которое Король прошептал мне на ухо несколько часов назад. Я сделала глоток. Вино дарило обманчивое спокойствие.
Но где-то в глубине души я знала: спокойствие не для этого вечера.
— В центре стола вы видите конверт, — продолжал церемониймейстер, — Пускай каждый из вас найдет, выпросит, возьмет взаймы или украдет платежный сертификат с самой большой суммой, какую вы можете себе позволить. Напишите на нем свое имя и положите внутрь конверта. Главы столов, прошу вас, тщательно охраняйте эти конверты. Они понадобятся нам позже.
Вот темные фейри! Ну и ситуация!
Я внутренне сжалась, чувствуя, как стыд заливает щеки. Я не взяла с собой золота. Ни одной монеты.
Как глупо, ведь это благотворительный бал, я об этом знала заранее, но в суете сборов, в волнении от маски и платья, от серебряных шариков, что пульсировали внутри, просто забыла.
Какая же я растяпа!.. Вокруг сидели утонченные, прекрасные фейри в изысканных масках, их пальцы, унизанные драгоценностями, уже тянулись к конвертам, и я чувствовала себя, кем и была, — нищей чужачкой на их празднике жизни.
Король, сидевший рядом, не произнес ни слова. Я заметила, как его рука плавно и почти незаметно скользнула во внутренний карман камзола. Он достал два сертификата по сотне золотых.
— Вот, держи, — произнес он шепотом, и протянул их мне под столом, чтобы никто не заметил. Его пальцы на секунду коснулись моих.
Я уставилась на сертификаты, не в силах поверить.
— Я потом тебе отдам, — прошептала я, наклоняясь к нему, чувствуя, как горло сжимается от унижения и благодарности одновременно.
Король скривил губы. От комментариев он воздержался, но я поняла: он недоволен. Не тем, что дал деньги, а тем, что я вообще поставила себя в такое положение. Его глаза потемнели за прорезями маски, челюсть напряглась.
Я взяла поданное мне по очереди перо и дрожащей рукой вывела свое имя на сертификате. Буквы получились неровными, совсем не такими изящными, как серебряная каллиграфия на приглашении.
Келани, сидевшая напротив, поймала мой взгляд и ободряюще улыбнулась, после чего передала конверт по кругу.
Перед собой я обнаружила другой лист из плотного пергамента с вытисненными серебряными буквами. Я поднесла его ближе к свету свечей, разбирая текст:
БАЛ-МАСКАРАД
В ПОЛЬЗУ ОБЩЕСТВА
«СПРАВИМСЯ ВМЕСТЕ»
Перечень праздничного угощения:
Первое яство
Свежий сырой лосось с тертым огурцом, на поджаренном хлебе из ячменя
Светлый эль
Второе яство
Грудка дикой утки, зажаренная на вертеле над торфяным огнем
Пюре из печеной репы и пастернака с овечьими сливками
Черная вишня из лесов Поуиса, тушеная с чабрецом и гусиной печенью в глиняном горшке
Красное вино из Гаскони, привезенное морем
Третье яство
Медовый бисквит с толченым лесным орехом и глазурью из яичных белков
Инжир, сваренный в меду
Заварной крем с шафраном
Ледяное молоко с цветочным сиропом
Медовуха
Четвертое яство
Круг сыров из овечьего и козьего молока, от лучших сыроделов
Гвинеда, с ржаным хлебом, испеченным на камнях
Темный элm
Десерт
Сладкие пирожки с цукатами и орехами
Вересковый мед из Глазго
Я пробежала глазами по строчкам. Блюда обещали не просто утоление голода, а настоящий ритуал, достойный фейри. Мой желудок издал голодный звук, слава древним, его заглушил общий гул голосов.
Я украдкой взглянула на Короля. Он читал свое меню с каменным лицом, но я заметила, как его пальцы слегка сжали край пергамента. Что-то в этом перечне задело его или он просто устал от этого вечера, от масок, от разговоров?
Внутри серебряные шары снова напомнили о себе тягучей пульсацией, от которой по телу пробежала дрожь. Я перевела дыхание и отложила меню в сторону.
Слуга в белых перчатках бесшумно наполнил мой бокал, и я сделала глоток. Ночь обещала быть долгой. Я была голодна, во всех смыслах этого слова.
Что ж, теперь мне стало понятно, почему перед моей тарелкой выстроилось столько хрустальных и серебряных кубков разных размеров, тонких, как лепестки, и таких хрупких, что я боялась дышать в их сторону.
Наш слуга в белоснежных перчатках вернулся и бесшумно разлил по кубкам искристое вино и родниковую воду.
За моей спиной двое слуг опустили края шелкового шатра, закрыв проход, через который мы все вошли. Зато впереди, словно по мановению волшебной палочки, двое других раздвинули полог, и взорам гостей предстал закат солнца над столицей Тир-Нан-Ог и спокойным заливом Ллир.