Страница 379 из 479
Они стояли в круге света, отбрасываемого фонарями, — дорогие платья, безупречные прически, маски из кружев, шелка и перьев. Келани торопливо, почти скороговоркой, представила мне их одну за другой.
Трое фейриек оказались милыми и деликатными, они улыбнулись, сказали несколько ничего не значащих любезностей и сразу же потеряли ко мне интерес.
Но четвертая… фейри в красной маске с тонким узором в виде хищного цветка. Лилиан, кажется, так ее звали. Она смотрела на меня неприязненно, холодно и оценивающе, словно я была жуком, заползшим на бархатную подушку.
— Конечно, — произнесла она с едва скрытым ядом, растягивая губы в широкой фальшивой улыбке, — все мы думали, что Ллевеллин… как бы это сказать… не ищет женского общества. Что его сердце принадлежит лишь уединению и, возможно, мужским забавам: турнирам, войне и охоте. А тут вдруг ты. Смертная.
Лилиан выделила последнее слово так, что оно прозвучало оскорблением.
Келани набросилась на нее с неожиданной яростью.
— Лилиан! — Голос Келани зазвенел, — О чем ты только говоришь! У моего брата превосходный вкус. Он просто ждал, ждал века! Когда ему встретится девушка его мечты. И оказалось, — Келани сделала драматическую паузу, сверкнув глазами из-под маски, — что это не ты!
Лилиан вся вспыхнула до корней волос, и сделалась одного цвета со своей маской. Пунцовая, как пион, она открыла рот, но не смогла выдавить ни слова.
Покраснела и я. Волна жара поднялась от шеи, обжигая щеки и уши. Можно ли представить себе более неловкое, более чудовищное положение?
Стоять здесь, под взглядами незнакомых фейрийских красавиц, выслушивать намеки, что твоего любимого считали… не способным на страсть.
И чувствовать при этом глубоко внутри тяжело пульсирующее напоминание про обычные забавы Короля: серебряные шарики, которые он сам вложил в меня сегодня.
Уж я хорошо себе представляю, на какую страсть способен Король Благого Двора!
Я судорожно сжала бокал, чувствуя, как ледяной хрусталь холодит вспотевшие пальцы. Мне нужно было уйти.
— Леди, — раздался за моей спиной знакомый бархатистый голос, от которого у меня по позвоночнику пробежала молния, — можно мне увести от вас мою избранницу?
Король неслышно приблизился сзади, обнял меня за талию, привлекая к себе. Его ладонь легла на мое бедро, и я ощутила тепло даже сквозь плотный шелк туники. Он наклонился к моему уху и прошептал:
— Пойдем отсюда. Пожалуйста.
Я выдохнула с облегчением и благодарностью и позволила увести себя.
Прочь от сверкающих ледяных лебедей, от назойливых взглядов, от красной маски Лилиан... Туда, в танцующую толпу масок, где можно было затеряться. Хотя бы на мгновение.
Все четыре девицы, изящные, эфемерные создания с бледной, словно фарфор, кожей и сверкающими в свете фонарей масками, вспыхнули, заулыбались и засуетились.
Ослепительная, гипнотическая улыбка Короля произвела свое обычное действие: ледяные сердца фрейлин, казалось, оттаяли.
Келани смотрела на меня, комично приподняв брови из-под розовой маски, и я невольно улыбнулась в ответ.
— Я была рада нашей встрече, — произнесла я, чувствуя, как пересохли губы.
Я надеялась, что голос прозвучал спокойно, но внутри дрожала.
Король, не говоря больше ни слова, утащил меня прочь, и его прикосновение было единственным якорем в сонме чужих, холодных взглядов.
— Спасибо, — выдохнула я, когда мы отошли на безопасное расстояние.
— Я видел, что рядом с Келани стоит Лилиан, — с плохо скрытым презрением ответил Король. — Неприятная особа.
— Она влюблена в тебя, — заметила я, стараясь, чтобы в голосе не проскользнула ревность. Но она все равно была там, колючая, зеленая искра.
Король с отвращением передернул плечами..
— Без взаимности, — отрезал он. — Пойдем, я познакомлю тебя кое с кем.