Страница 32 из 479
«Пока не буду о нем думать. Только не сейчас», — уговаривала я себя, лихорадочно разворачивая свиток с песенными заклинаниями и пытаясь уткнуться в строки, но огам расплывался перед глазами в мутные, ничего не значащие черные пятна.
***
Уже ворочаясь под колючим, грубым одеялом, я позволила мыслям, словно стае голодных воронов, вернуться к перевернувшему все с ног на голову утру. Я вспомнила слова Короля: «Возлюбленной у меня нет и быть не может» — и злилась на себя, на свою слепую наивность, что не восприняла это всерьез до того, как опрометчиво бросилась в его объятия, ища в них спасения. Он ведь предупредил. Я сама во всем виновата.
Я перевернулась на другой бок, и в голову полезли другие мысли, цепляясь друг за друга: а может, Король дал гейс? Связан вечным обетом? Я закрыла глаза, пытаясь силой воли погрузиться в забытье. Может, он хранит верность кому-то давно ушедшему или чему-то более важному, чем простая смертная?
[Гейс — табу, клятва, долг чести. Прим. автора]
«Но не тебе», — в последний раз язвительно прошептал мой внутренний голос, прежде чем отпустить в царство снов.
И мне снились серые глаза цвета инея на коре древних дубов. Я снова бежала по темным бесконечным залам, озаренных жутковатым, зеленым сиянием блуждающих огоньков, замирая от страха и не зная, от кого я бегу и к кому.