Страница 33 из 479
Глава шестнадцатая. Знаки грядущей беды
Ариана
Утром я все же нашла время для подготовки к Инициации, затупив несколько перьев. Все. Конец. Последняя фэда огама была выведена, последнее заклинание вписано в свиток. Ритуал подготовки завершен. И по лицу моему, помимо воли, расползлась улыбка — широкая, беспечная, первая за всю эту бесконечную неделю.
Завтра — Инициация. Мысль заставила сердце учащенно забиться. Возможно, я даже отважусь отметить это глотком вина, тем самым, что берегли для великих празднеств. Впервые в жизни.
Я перевела взгляд на Дилис. Она сидела, склонившись над своим щитом, и с мрачным сосредоточением выводила кистью последний завиток узора. Все. Обучение закончено. Позади ночи у свечи, затекшая спина и огам, расплывающийся перед глазами. Мысленно я уже плясала у праздничного костра, забыв о всякой осторожности… если, конечно, мне удастся не споткнуться о собственные ноги, что было немалой редкостью.
Дилис, наконец, отложила кисть, спрятала высунутый от усердия кончик языка, и встретилась со мной взглядом. На ее усталом, перепачканном красками лице, расцвела такая же безудержная, сияющая улыбка, что и у меня.
Мы, словно сговорившись, не произнесли ни слова о завтрашних испытаниях. Дилис с упоением разглагольствовала о своей новой тунике, сшитой для празднества, а я что-то бормотала в ответ.
— Ариана, тебе послание, — голос Дилис, прозвучавший у самого порога, заставил меня вздрогнуть.
Она стояла на крыльце, держа в руках большой сверток, туго стянутый небеленым холстом. Странно. Я ничего не заказывала у странствующих купцов.
— Какая-то ошибка, — пробормотала я, разглядывая свое имя, выведенное на приложенном пергаменте четким, но незнакомым почерком. Ни герба, ни имени отправителя.
— Разворачивай скорей! — всплеснула руками Дилис.
Пальцы мои дрожали, развязывая узлы. Моему взгляду предстал ларец из черного дерева, покрытый витиеватой резьбой. Внутри, покоясь на мягком бархате, лежал фолиант в кожаном переплете и свернутый в свиток плотный пергамент. Я развернула его, и сердце мое на мгновение замерло.
«Разве друиды не учат читать знаки грядущей беды? Отчего же для меня ты не истолковала самых явных знамений? Почему те, кто воспитан у Неметона, не оградили мою душу даже шепотом предостережения?». [Неметон — священная роща друидов. Прим. автора]
Цитата из «Талис из рода Обреченных». Я узнала ее мгновенно, готовясь к Инициации. Удивительное совпадение. Или… не совпадение вовсе? Я с благоговением прикоснулась к фолианту и перелистнула несколько страниц. Сусальное серебро на страницах говорило, что это работа скриптория в Гластонбери. Безумно дорого, целое состояние! И я тут же с мучительной ясностью поняла, чьих рук это дело.
Дилис, стоя у меня за спиной, заглядывала через плечо, а потом, не выдержав, взяла со стола пергамент.
— Самое первое изложение, — прошептала я, и голос мой прозвучал чуждо и тихо.
— Невероятно! — воскликнула Дилис, и глаза ее стали круглыми от изумления. — Король?
Я лишь молча кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
— Больше некому, — с трудом выдавила я.
— А что в письме? — не унималась она, — Что это может значить?
— Понятия не имею, — ответила я, и в груди болезненно сжалось. — Думаю, это предупреждение. Намек, чтобы я держалась от него подальше. Можно подумать, я сама не даю ему проходу.
— Можешь, конечно, считать это предупреждением, Ариана, — покачала головой Дилис,— но он явно к тебе неравнодушен. Такие подарки просто так не шлют.
Всю последнюю неделю я не позволяла себе думать о Короле. Ну, хорошо… почти не позволяла. По ночам все так же снились серые глаза, и целой вечности не хватило бы, чтобы стереть память о его объятиях, забыть его чудесный, опьяняющий запах. Но зачем он прислал подарок? Ведь я ему не пара. Я — простушка из деревни, а он — бессмертный Владыка.
О том, какой была моя жизни в Гвенте, я предпочла накрепко забыть.
— Я слышала, монахи Гластонбери требуют за такие книги целое состояние, — проворчала Дилис, беря в руки фолиант и перелистывая страницы.
— Цитата… это слова Талис, которые она говорит своей матери, после того как лорд Маэлгон так чудовищно с ней обошелся, — пояснила я.
— Я помню сагу, — задумчиво отозвалась Дилис. — Но что Король хотел этим сказать?
— Не знаю и знать не хочу, — с внезапной резкостью выпалила я, хватаясь за ларец, чтобы убрать его с глаз долой. — Я все равно не могу принять этот дар. Придется отослать обратно. С такой же невразумительной строкой из саг.
— Что-то вроде «оставь меня в покое»? — уточнила Дилис с совершенно невозмутимым, серьезным видом.
— Да, вот именно, — я не смогла сдержать короткий, нервный смешок. Дилис всегда умела найти нужные слова, чтобы поддержать и разрядить обстановку.
Я положила фолиант в ларец и спрятала подальше. Дилис тем временем налила в два простых глиняных кубка медовухи и один из них протянула мне.
— За удачное прохождение Инициации, — провозгласила она, и ее глаза заискрились озорными огоньками, — и нашу новую жизнь в Бангоре!
— За Инициацию, — подняла я свой кубок, встречаясь с ее взглядом и чувствуя, как на сердце становится чуть светлее, — нашу новую жизнь и твою будущую корону, правительница Дилис.
Мы звонко соприкоснулись кубками, и глоток сладкого напитка смыл на миг всю горечь и все сомнения.
***
«Заблудший эльф», крошечная, притулившаяся на самом краю поселения таверна, гудела, наполняясь хаосом голосов, звоном глиняных кружек и дурманящими ароматами меда и хмеля. Сюда, после удачно пройденной Инициации, стекалась вся молодежь из окрестных поселений — чтобы отметить, наконец выдохнуть, забыть о преследующих страхах и напиться впервые за долгие месяцы суровых, изматывающих учений.
К нашему столу, с трудом пробираясь меж веселящихся посетителей, протиснулся Эйдан. С грохотом водрузив на стол новый глиняный кувшин с пенистой медовухой, он устроился на скамье рядом со мной.
— Ну что, Ариана, — наклонился он ко мне, его голос с трудом пробивался сквозь окружающий гомон, а теплое дыхание коснулось моей щеки. — Каковы же теперь твои пути, повелительница магических песен?
— Мы с Дилис уедем в Бангор, — ответила я, чувствуя, как язык уже заплетается, а в висках гудит навязчивый угар, застилая зрение легкой дымкой. — Ее отец зовет нас ко двору, представляешь?