Страница 307 из 479
— Ты сердишься на меня? — с искренним удивлением спросил он, чуть отстраняясь, словно оценивая степень опасности.
— Да. — я со свистом выдохнула сквозь зубы, — Разумеется, сержусь. — Я вскинула руки, растопырив пальцы, и тут же снова сжала их в кулаки. — Разве в честной торговле так поступают? Разве так принимают решения? Под влиянием… — я запнулась, чувствуя, как кровь приливает к щекам, — постели?
Я снова нервно покосилась на Тэлора. Тот сидел неподвижно, уставившись на дорогу. Спина прямая, плечи расправлены, даже дыхание, кажется, затаил — он стоически делал вид, что ничего не слышит.
Да уж. Пора бы поставить крепкую решетку между моим языком и тем, что роится в голове. Я прикусила губу, на этот раз не игриво, а от досады на саму себя.
Король открыл было рот. Губы разомкнулись, готовые выдать очередную колкость, но он тут же сжал их и нахмурился. Пальцы принялись нервно выстукивать беззвучный ритм по колену.
Мы злобно сверкали глазами друг на друга. В суженных зрачках Короля метался холодный огонь. В моем взгляде, наверное, пылало все, что осталось от здравомыслия.
Я не отводила глаз, хотя внутри все дрожало.
Атмосфера в карете, еще минуту назад теплая и радостная, сделалась ледяной. Невысказанные слова повисли в воздухе, точно готовые сорваться топоры. Я поежилась от напряжения.
К счастью, поездка быстро закончилась. Тэлор натянул поводья, кожаные ремни жалобно скрипнули и карета замер у моего дома. Луна уже поднялась, и ее бледный свет лежал на мостовой неровными пятнами.
Я пулей вылетела наружу, даже не дождавшись, пока кто-нибудь откроет мне дверцу. Сапоги отрывисто застучали по камням. Я слышала, как за спиной хлопнула тяжелая дверца кареты, но не обернулась.
Краем уха уловила, как Король вполголоса бросил Тэлору:
— Пожалуй, подожди меня здесь.
Я лихорадочно рылась в потертой сумке, нашаривая ключ. Пальцы скользили, не желая слушаться. Я замерла на мгновение, прикрыла глаза, заставляя себя дышать ровнее.
Король размеренно приблизился и встал у меня за спиной.
— Ариана, — осторожно произнес он успокаивающе, точно я была диким, готовым броситься зверьком.
Он даже руки поднял ладонями вперед в жесте примирения и капитуляции.
Но глаза его блестели в темноте, как у волка.
Я глубоко, рвано вдохнула и повернулась к нему. Мои руки повисли вдоль тела, пальцы все еще сжимали ключ. Гнев мой можно было потрогать: темное чудовище, схватившее меня за горло и не отпускавшее. Я чувствовала, как оно ворочается под ребрами.
— Во-первых, — начал Король, глядя мне прямо в глаза, не моргая.
Он слегка наклонился ко мне с хищной грацией. — это не под влиянием постели, ты неправа. Я не был с тобой в постели уже целую вечность. — Он сделал паузу, — Во-вторых, я давно хотел вложить золото в создание летописей. В этих землях четыре скриптория такого рода, и из них ваш — самый интересный, — Король шагнул ближе, и я инстинктивно отступила на полшага, упершись спиной в холодную каменную стену дома. — В конце концов, я тоже часть ваших легенд, кому, как не мне следить, чтобы все было передано достоверно.
Король говорил спокойно и логично, но я не была готова поверить. Я холодно прищурилась, глядя на него.
Он пронзительно смотрел на меня в упор. И при этом был до безумия прекрасен.
Я тонула в глубине его глаз и это бесило меня еще больше.
— Так, значит, ты теперь мой верховный наставник? — прорычала я, вызывающе выставив подбородок вперед.
Выглядело это по-детски, но не могла сдержаться.
— На деле я плачу золото тому, кто платит золото Нивиду Тенепряду, — поправил Король. Одну ногу он расслабленно выставил вперед, но в позе все равно сквозила сила.
— И это грубое попрание обычаев. Я делю ложе с тем, кто... платит золото тому, кто платит золото тому, кто платит мне за работу... — выпалила я, надеясь, что не запуталась и перечислила всех.
Я резко и почти оскорбительно ткнула пальцем Королю в грудь.
— В данный момент ты с ним пререкаешься, — усмехнулся Король. Он даже не шелохнулся от моего тычка, только в уголках губ дрогнула насмешка.
— Потому что он такая ослиная башка, — отрезала я. Слова вырвались раньше, чем я успела их обдумать. Я выпалила их и замерла, широко распахнув глаза.
Король нахмурился. Он даже сделал полшага назад, его руки опустились, лицо на мгновение потеряло всякое выражение.