Страница 272 из 479
Я протянула руку и кончиками пальцев пробежала по его точеному подбородку. Король закрыл глаза и легонько вздохнул, прижимаясь щекой к моей ладони.
— Прости меня, — прошептала я.
— За что? — дрогнувшим голосом спросил Король. Он приподнялся на локте, вглядываясь в мое лицо.
— За то, что я сказала, — ответила я, не в силах смотреть ему в глаза.
— Я не услышал ничего нового, — произнес он тихо. Его ладонь легла на мою щеку, разворачивая меня к себе. — Это ты прости меня. За то, что причинил тебе столько боли.
Я неуверенно пожала плечами.
— Я сама тебя попросила.
Зато теперь я знала.что таится в глубине его ритуалов. Знала, какие тени пожирают его. Знала, что больше никогда не смогу пройти через это снова.
Я судорожно сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле. Смелее. Я должна сказать ему.
— Кажется, я не та женщина, которая тебе нужна, — глухо и безжизненно произнесла я.
В глазах Короля снова мелькнул страх, который я уже видела сегодня. Его пальцы, только что лежавшие на моей щеке, замерли.
— Ты — все, что мне нужно, — сказал он.
Что он имел в виду?
— Я не понимаю, — покачала я головой, — Покорность — не мой удел, и будь я проклята, если еще раз позволю тебе проделать со мной то, что ты сделал сегодня. — Мой голос набирал силу, и я не пыталась его сдерживать. — А ты сам признался, что тебе это необходимо.
Король снова закрыл глаза. Я видела, как под его веками мечутся тени, как напряжены скулы, как пальцы впиваются в ворот рубашки, сминая тонкую ткань.
Мириады чувств пронеслась по его лицу — боль, отчаяние, ярость, смирение. Когда он открыл глаза, в них сквозила обреченность. Та самая пустота, которую я видела в его иллюзиях, и от этого зрелища у меня перехватило дыхание.
О нет!
— Ты права, — произнес он, — Я должен отпустить тебя. Я тебя недостоин.
Все волоски на моем теле встали дыбом. Земля ушла из-под ног, и я провалилась в зияющую пустоту, поглотившую все мысли, чувства, надежду.
— Я не хочу уходить, — прошептала я.
Проклятье всех темных фейри! На глаза снова набежали слезы, и я не могла их остановить — они текли сами, обжигая щеки и стекая на подушку.
— Я тоже не хочу, чтобы ты уходила, — произнес Король, и его большой палец осторожно коснулся моей щеки, стирая слезинку. — С тех пор как я тебя встретил, я словно заново родился.
Его палец нежно скользнул по моей нижней губе, и это было невыносимо.
— Я… — я запнулась, — ... люблю тебя, милорд Ллевеллин.
Глаза Короля снова расширились.
— Нет, — выдохнул он. Его лицо побледнело, пальцы, только что касавшиеся моих губ, безвольно упали на постель.
О, только не это!
— Ты не можешь любить меня, Ариана… — его голос сорвался, и он замолчал, глотая воздух. — Это неправильно.
— Неправильно? — переспросила я, — Почему?
— Посмотри на себя! — Король сел на постели, — Посмотри, что я с тобой сделал! Разве я способен дать тебе счастье?
— Но ты уже дал мне счастье, — нахмурилась я, — Ты дал мне больше, чем кто-либо…
— Не сейчас! — перебил он меня, — Не тем, что я сделал сегодня. И мне захочется это повторить, Ариана. Снова. И снова.
Проклятие!
Так значит это правда. Несовместимость — вот в чем причина наших разногласий. Я вспомнила всех несчастных девушек, бывших его Вверенными. Тех, кого он погружал в свои иллюзии. Тех, кто не выдерживал. Тех, кто уходил, оставляя его наедине с Пятьюдесятью Осколками Мрака.
— Нам никогда не преодолеть этого? — прошептала я дрожащим голосом.
Я боялась не Короля, а того, что сейчас услышу.
Король горестно покачал головой. Это сказало мне больше, чем любые слова. Я закрыла глаза.
— Что ж, — произнесла я, — Пожалуй, мне пора.