Страница 250 из 479
Глава сто двадцать вторая. Право на молчание
Ариана
Доехал ли Король до своего дворца? Нужно ли расспрашивать? Может быть, дело вовсе не в этой Элейн. Я отчаянно цеплялась за эту мысль. Что я наговорила во сне? Держу пари, сболтнула какую-нибудь глупость. Несколько необдуманных слов. И все же, надеялась я, перемены, что происходили в душе Короля, рождались не под влиянием той женщины, а шли изнутри, куда мне только предстояло проникнуть.
Я взяла в руки Вещий Камень и прикоснулась пальцами к его поверхности.
С окраины Гвинеда в в чертоги Тир-Нан-Ог
Милорд, прошу, дай мне знать, что долетел удачно. Я начинаю тревожиться.
Ты всегда в моих мыслях.
Твоя Ариана
Я отправила послание и замерла в ожидании, глядя, как солнце медленно клонится к закату, окрашивая небо в розовато-золотистые тона.
Минуту спустя Камень мигнул ровным светом.
Из чертогов Тир-Нан-Ог на окраину Гвинеда
Дорогая леди ван Гвент, я долетел благополучно.
Прими мои извинения, что не известил тебя раньше.
Не хотел беспокоить понапрасну, но, поверь,
меня тронула твоя забота. Ты тоже всегда в моих мыслях.
Надеюсь, завтра увидимся.
Правитель Благого Двора Ллевеллин ап Овейн
Я вздохнула, чувствуя, как внутри шевельнулось разочарование. Снова этот холодный, официальный тон. Словно он писал не мне, а одному из своих подданных.
С окраины Гвинеда в в чертоги Тир-Нан-Ог
Милорд, неужели ты сомневался в моей преданности? Надеюсь, твоя проблема разрешилась.
Целую. Твоя Ариана.
P.S. Так ты собираешься открыть мне, что я там наболтала во сне?
Ответ пришел быстро.
Из чертогов Тир-Нан-Ог на окраину Гвинеда
Оставляю себе право на молчание. Дорогая леди ван Гвент,
я весьма ценю твою заботу. Беда еще не разрешилась.
Что касается приписки, то ответ — нет.
Правитель Благого Двора Ллевеллин ап Овейн
Я фыркнула, раздраженно стукнув пальцем по камню. Право на молчание! Вот же негодяй!
С окраины Гвинеда в в чертоги Тир-Нан-Ог
Не сомневаюсь, что кажусь тебе смешной. Неужели так трудно понять,
что я говорила в беспамятстве? Скорее всего, ты просто ослышался.
В тысячелетнем возрасте легкая глуховатость простительна.
Я отправила и закусила губу, сдерживая улыбку. Ну что, милорд, каково?
Из чертогов Тир-Нан-Ог на окраину Гвинеда
Повинен. Действительно, стал несколько глуховат.
Дорогая леди ван Гвент, прости великодушно,
не могла бы ты говорить погромче? Я тебя не слышу.
Правитель Благого Двора Ллевеллин ап Овейн
Я громко рассмеялась. Вот же... Вот же хитрый лис! Матушка, дремавшая рядом, приоткрыла один глаз и улыбнулась, видя мое веселье.
А в груди разливалось тепло. Король шутил. Он играл со мной. И это было так хорошо, так правильно, что все тревоги, все мысли об Элейн отступили, растворились в золотистом вечернем свете.
Я смотрела на Вещий Камень, чувствуя, как внутри все кипит от смеси злости, возбуждения и какого-то сладкого, тягучего предвкушения. Пальцы сами потянулись к гладкой поверхности.
С окраины Гвинеда в в чертоги Тир-Нан-Ог
Ты сводишь меня с ума.
Отправила и замерла, кусая губу. Ну вот, сорвалось. Снова.
Ответ пришел мгновенно — кажется, Король только и ждал моего послания.
Из чертогов Тир-Нан-Ог на окраину Гвинеда
Надеюсь, что так... Дорогая леди ван Гвент, именно это
я и намереваюсь сделать в нашу следующую встречу.
Не могу дождаться.
Правитель Благого Двора Ллевеллин ап Овейн
Я почти простонала, чувствуя, как жар разливается по телу. Вот же... Вот же негодяй!
С окраины Гвинеда в в чертоги Тир-Нан-Ог
С меня довольно. Ты окончательно вывел меня из себя.
Спокойной ночи.
Теперь я буду леди Закаленная Сталь.
Я положила Камень рядом. Хватит. Никаких больше посланий.
Камень мигнул.
Я зажмурилась. Не смотреть. Ни за что. Даже не собираюсь.
Глаза открылись сами собой. Рука потянулась к Камню. Ну что я за размазня! Чары Короля были неодолимы, явно древнее колдовство, против которого нет защиты.
Из чертогов Тир-Нан-Ог на окраину Гвинеда
Ты осмеливаешься рычать на меня, леди ван Гвент?
Напрасно. Для этого у меня есть домашняя кошка.
Правитель Благого Двора Ллевеллин ап Овейн
Кошка? Я нахмурилась, уставившись на светящиеся феды. Что-то не припомню у него никакой кошки. Ни во дворце, ни в разговорах.
Нет. Не стану отвечать. Решительно. Окончательно. Бесповоротно.
Порой Король бывал совершенно несносен. Пятьдесят раз несносен — вот как это называется.
Я вернулась в дом вслед за матушкой, забралась в кровать, укрылась легким покрывалом и уставилась в потолок, дожидаясь, пока глаза привыкнут к сгущающейся темноте. За окном стрекотали ночные сверчки, где-то вдалеке залаяла собака.
Камень на подушке мигнул снова — я видела это краем глаза.
Не смотреть. Ни за что.
Я зажмурилась крепче.
Но любопытство жгло изнутри, точно раскаленный уголь. Что там? Что он еще написал?
Сдавшись, я протянула руку.
Из чертогов Тир-Нан-Ог на окраину Гвинеда
Ариана.
Я замерла. Он назвал меня просто по имени. Без титулов, без официального «леди ван Гвент». Просто — Ариана.
Мне хотелось бы наяву услышать слова, которые ты произнесла во сне,
поэтому я ничего не скажу. Лучше иди спать.
С учетом того, чем нам предстоит заняться завтра вечером,
тебе лучше выспаться.
Правитель Благого Двора Ллевеллин ап Овейн
О, нет...
Камень выскользнул из ослабевших пальцев и глухо стукнулся о покрывало.
Что я сказала? Что такого я могла пробормотать в полусне, что он не решается повторить?
Неужели все так плохо, как я думаю?
Я смотрела в темноту, и мысли кружились в голове бешеным хороводом, не давая покоя.
Что? Что я ему наговорила?