Страница 203 из 479
— Значит, это и было твоей затаенной мечтой? —спросила я, пытаясь разрядить натянутую тишину, — Иметь девушку на своем совещательном столе? Среди свитков и печатей?
Король загадочно и безрадостно усмехнулся, лишь уголком рта. В глубине его глаз, когда он на миг встретился со мной взглядом, заплескалась старая печаль. Я внезапно поняла: для него в этом не было ничего нового. Ни в поступке, ни в месте, ни в этом странном, горьком послевкусии. Открытие это словно ударило меня под дых. От блаженства не осталось и следа.
— Пойду умоюсь, —безжизненно сказала я. Я спустила ноги со стола, не обращая внимания на протянутую руку, и направилась к двери, чувствуя, как каменные плиты холодят босые ступни.
Король нахмурился. Он провел рукой по лицу, медленно, от лба к подбородку, словно стирая налипшую паутину.
— Отправлю пару посланий и присоединюсь к тебе для завтрака, — бросил он в пространство, не глядя на меня. — Голайсид постирала твою тунику и повесила в гардеробной. Найдешь.
Что? Когда она успела? Вот ведь проворная! Неужели она слышала наши стоны и дикие крики? Жар стыда стремительно залил мои щеки и шею.
— Благодарю, — пробормотала я, уставившись в пол, словно узор из плиток мог дать ответы на все мучительные вопросы.
— Во благо, — откликнулся Король машинально и резко, точно меч швырнули на камни. Он уже развернул один из свитков, делая вид, что погружен в чтение.
Что это было? Освобождение? Падение? И то, и другое?
— Что случилось? — сурово спросил Король, не отрывая глаз от пергамента, но я почувствовала, что его внимание вновь приковано ко мне.
Видимо, мое смятение вновь отразилось на лице, выдав меня с головой.
— О чем речь? — сделала я последнюю попытку отступить.
Король бросил свиток на стол и повернулся ко мне.
— Что с тобой? Ты внезапно отдалилась. Словно убегаешь.
— Сегодня ты ведешь себя еще более непривычно, милорд, — выпалила я, не в силах сдержать накопившееся недоумение, горечь и обиду. Мои руки сжались в кулаки.— То пламя, то лед. То ты здесь, со мной, то уже где-то в ином мире, за семью печатями.
— Ты находишь мое поведение непривычным? — Король попытался подавить кривую усмешку, но уголок его рта все же дрогнул, выдавая болезненную иронию над самим собой.
Я почувствовала, как краска, еще не схлынувшая, заливает меня с новой силой.
— Порой, — прошептала я, бросая вызов его взгляду своим, полным гнева и растерянности.
На мгновение Король пристально, с любопытством разглядывал меня, словно пытался прочитать редкий, незнакомый манускрипт.
— Скажем так, наслаждение... — он сделал паузу, подбирая слова, — застигло меня врасплох. Его глубина. Его... последствия.
— Моя цель — угодить тебе, милорд, — парировала я, повторяя его же давние слова, и наклонила голову набок, в точности копируя его собственную манеру,— Разве не так ты меня учил?
— И ты преуспела, — кивнул Король, но по его напряженной осанке, по скованности в широких плечах, по тому, как он вцепился пальцами в край стола, было видно, что он смущен, почти загнан в угол, и это состояние ему отвратительно. — Более чем. Кажется, — он махнул рукой в сторону двери, жест был отстраненным и окончательным, — кто-то собирался к купели для омовения?
Понятно. В моем присутствии, в моих вопросах, в самом моем взгляде более не нуждались. Пир окончен, вассал выполнил свою роль и может удалиться. Я коротко отрывисто кивнула, и вышла из кабинета, не оглядываясь, оставив его одного среди разбросанных свитков и тяжелого, пряного воздуха, в котором все еще витали отголоски нашей только что угасшей бури и горький привкус невысказанного.
Король казался сбитым с толку, даже ошеломленным. Но почему? Физически — я испытала полное удовлетворение, а вот эмоционально... здесь хвастаться было нечем. Чувства были пусты и призрачны, словно тающий на языке мед, но оставляющий после себя лишь привкус пепла.