Страница 204 из 479
Глава девяносто девятая. Щедрость и гордость
Ариана
Голайсид по-прежнему хлопотала на кухне.
— Травяного настоя, леди Ариана? — ровно и мелодично спросила она, не поднимая глаз от разделочной доски.
— Сначала умоюсь, — пробормотала я, прижимая ладони к пылающим щекам и скользя мимо нее.
В уборной, где теплая, пахнущая травами и маслами вода, обволакивала тело, я попыталась понять, что же происходит с Королем? Он был самым непостижимым и непредсказуемым существом из всех, кого я знала, и моя душа никак не могла привыкнуть к этим стремительным, как погода в горах, переменам его настроений. Когда я вошла в кабинет, он казался вполне довольным, даже умиротворенным, словно хищник, сытый после удачной охоты. Затем мы предались страсти... а потом его словно подменили, будто темный дух нашептал что-то на ухо, отравив мгновенье. Подсознание мое лишь усмехалось в уголке, пряча глаза, а внутренняя богиня все еще пребывала в слепой эйфории после соития. Что ж, похоже, эта загадка была не по нашим силам.
Просушив волосы мягким полотняным полотенцем, я расчесала их гребнем из кости и туго перевязала кожаным шнурком. Выглаженная туника цвета сливы, подаренная Дилис, висела в резном гардеробе рядом с моей тонкой нижней сорочкой. Голайсид и впрямь была волшебницей. Скользнув в мягкие сапожки, я тщательно расправила складки на тунике, сделала глубокий, дрожащий вдох и с поддельным спокойствием вернулась в общий зал.
Короля еще не было, а Голайсид возилась в кладовой, оттуда доносился стук глиняной посуды.
— Настоя травяного, леди Ариана? — вновь осведомилась она, появившись на пороге с медным подносом в руках.
— Да, благодарю, — улыбнулась я, и улыбка на этот раз вышла менее натянутой. В платье и обуви, подаренных подругой, я чувствовала себя куда увереннее, словно обрела частицу своего прежнего, простого мира.
— Подкрепиться не изволите?
— Нет, благодарю.
— Разумеется, изволит, — раздался у двери властный, не допускающий возражений голос. Король вошел, сияя холодной, отточенной уверенностью, точно выкованный из утреннего света. — Она обожает оладьи на ячменной муке и яичницу с копченым окороком, Голайсид.
— Как пожелаете, ваше величество. А вам что приготовить?
— Запеченые яйца, и свежие фрукты, что прислали из оранжерей.
Король прошел к столу, не сводя с меня пристального взгляда, в котором смешался десяток настроений, ни одно из которых я не могла разгадать.
— Садись, — скомандовал он, указав жестом на высокий табурет у стола.
Я повиновалась, и он устроился напротив, облокотившись о столешницу, пока Голайсид разжигала под жаровней угли. Черт возьми, мне было нестерпимо не по себе от того, что наш разговор будет проходить в присутствии посторонних ушей.
— Ты внесла плату за место в повозке? — начал Король, его тон был деловым, но под ним чувствовалось напряжение.
— Я отправила гонца с монетами, — пояснила я.
Опершись локтем о стол, Король задумчиво потер пальцами подбородок.
— Серебряных у тебя достаточно?
Только этого не хватало! Укол гордости был острым и болезненным.
— Более чем, — парировала я, повышая голос.
Король нахмурился. Вот привязался, словно репей!
— Хватит, благодарю, — поправилась я, смягчая тон.
— У меня есть летающая ладья, — произнес он небрежно, как о само собой разумеющееся. — На ближайшие три дня она к твоим услугам. Она доставит тебя в деревню и обратно.
Я раскрыла рот. Ну разумеется, иначе и быть не могло. Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза от изумления. Меня так и подмывало расхохотаться — не от радости, а от абсурдности и огромности этого жеста, однако я не могла угадать его настроение и пересилила себя, вцепившись ногтями в ладонь.
— Мы уже и так злоупотребили твоей летающей ладьей, — выдохнула, имея в виду свое первое волшебное путешествие в его чертоги. — Это слишком щедро. Я не могу принять.
— Это моя власть, мое богатство, мои чары, — отчеканил Король. В его голосе прозвучала обида, словно я посягнула на нечто священное. Ох уж эти властители, никогда не наиграются в свои игры могущества!
— Благодарю за предложение, милорд, но мне будет спокойнее в общей повозке, — ответила я.
Казалось, Король жаждал продолжить спор, его челюсть напряглась, но после паузы он отступил.
— Как пожелаешь, — вздохнул он,— Тебе нужно готовиться к встрече в Гильдии Летописцев?
— Нет.
— Хорошо. По-прежнему не желаешь назвать, где именно ищешь место писца?
— Нет.
Его губы нехотя изогнулись в усмешку, лишенную всякой теплоты.
— У меня есть свои способы все узнать, Ариана ван Гвент.
— Ничуть не сомневаюсь, милорд, — парировала я, широко раскрыв глаза в подчеркнутой наивности. — Собираешься наблюдать за каждым моим шагом через Вещий камень?
— Вообще-то сегодня после полудня я скован обязательствами, но у меня есть... доверенные лица, которым могу это поручить.
Король самоуверенно ухмыльнулся. Неужели он говорит всерьез?
— Твоим придворным определенно не хватает настоящих дел, советую вам пересмотреть список их обязанностей.
— Надо будет написать письмо моему Советнику, пусть пересчитает головы и определит занятость каждой, — отозвался Король, приподняв бровь.
Он сжал губы, чтобы не рассмеяться открыто.Слава Старым Богам, чувство юмора, хоть и колючее, все еще было при нем.
Голайсид подала завтрак, и на некоторое время мы погрузились в молчание, нарушаемое лишь звоном посуды. Экономка тактично удалилась в дальний конец зала, к огромному каменному камину, делая вид, что поглощена раскладыванием дров.
Я украдкой наблюдала за Королем. Он ел с изящной сдержанностью.
— Что ты пытаешься разглядеть, Ариана? — спросил он, не поднимая глаз от серебряной тарелки.
— Ты никогда не говорил мне, почему... избегаешь прикосновений, — выпалила я, и сразу же пожалела.
Он побледнел, будто из него вытянули всю кровь, и рука с ножом замерла на миг в воздухе. Ледяная волна прокатилась по залу.
— Я открыл тебе больше, чем любому другому живому существу в этом мире, — ровно и холодно произнес Король, намеренно встречая мой взгляд. Его глаза стали непроницаемыми, как полированный камень.