Страница 190 из 479
Глава девяносто вторая. Желанная
Ариана
Я лишь кивнула, все еще тяжело и прерывисто дыша, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Я смотрела на Короля, пытаясь восстановить дыхание, и непроизвольно сжала бедра, бессильно пытаясь выжать из воздуха хоть крупицу удовлетворения. Король завязал шнуровку на штанах, провел рукой по взъерошенным волосам и наклонился, чтобы поднять с пола плащ. Когда он вновь взглянул на меня, буря в его глазах сменилась усталой теплотой.
— Нам пора возвращаться в замок, — произнес он уже более спокойно.
Я неуверенно приподнялась, опираясь на локоть, чувствуя, как все мое тело слабо дрожит.
— Вот, можешь одеться.
Из того же потайного мешочка на плаще он достал мою тонкую льняную сорочку. Я приняла ее с серьезным выражением лица, но в глубине души знала — пусть меня взяли в наказание, я одержала маленькую, но значимую победу. Моя внутренняя богиня согласно кивнула, и на ее лице расцвела довольная, хитрая усмешка: «Тебе не пришлось просить».
— Ллевеллин! — донесся снизу звонкий, нетерпеливый голос Келани.
Король повернулся к лестнице и выразительно приподнял бровь.
— Как раз вовремя. Силы, временами она невыносимо навязчива!
Я метнула на него угрюмый взгляд, торопливо возвратила исподнее на его законное место и поднялась со всем достоинством, какое только можно было собрать после того, как тебя только что прижали к стене в пыльном уголке лодочной мастерской. Поспешно привела в порядок спутанные волосы, лишь насколько это было возможно после столь стремительной бури.
— Келани, мы наверху! — крикнул Король и обернулся ко мне: — Что ж, леди Ариана, я чувствую себя куда лучше, однако жажда преподать вам урок ритуалом все еще тлеет в моей крови.
— Полагаю, я не заслужила подобного, милорд, — парировала я, поднимая подбородок, — особенно после того, как подверглась нападению без малейшего повода с моей стороны.
Он отступил на шаг, притворно возмущенный, но тень улыбки скользнула по его губам.
— Без повода? Это ты осмелилась поцеловать своего господина!
Я сжала губы, ощущая, как жар стыда окрашивает мои щеки.
— Исключительно в целях самозащиты.
— От чего же? — наклонил он голову, и в его глазах заплясали искорки любопытства.
— От тебя и твоего непреодолимого желания ввести меня в транс, — выпалила я, в то время как легкие, быстрые шаги Келани становились все ближе.
Король склонил голову набок, и улыбка его расширилась, стала хищной.
— Но ты же выдержала? — прошептал он.
Пламя вспыхнуло у меня на лице.
— С великим трудом, — ответила я ему таким же шепотом, не в силах сдержать торжествующую, хоть и смущенную усмешку.
— А, вот вы где! — звонко и беззаботно воскликнула Келани. Она стояла в дверном проеме, улыбаясь во все лицо, точно солнечный зайчик, вырвавшийся из-за туч.
— Я показывал Ариане окрестности, — невозмутимо произнес Король, протягивая мне руку.
Его серые глаза, ставшие серьезными и глубокими, как воды горного озера в безветрие, встретились с моими. Я приняла его руку, и его пальцы сомкнулись вокруг моих.
— Дилис и Советник Карадог уже собираются обратно в мир людей. Просто неразлучны эти двое, — вздохнула Келани с напускным осуждением, бросая на нас с Королем лукавый, изучающий взгляд. — А вы чем здесь занимались?
Наглая девчонка! Я почувствовала, как по моей шее и щекам разливается жаркий точно пламя кузнечного горна румянец.
— Я демонстрировал Ариане трофеи, добытые в состязаниях на воде, — не моргнув глазом, ответил Король. Лицо его было непроницаемо, — Пойдемте, проводим принцессу Дилис и Карадога.
Какие еще трофеи? Едва Келани отвернулась, чтобы спуститься, Король осторожно притянул меня к себе, и его ладонь звонко шлепнула меня по мягкому месту, прикрытому тонкой тканью. Я ахнула, больше от наглости, чем от боли.
— Я повторю это, Ариана, и очень скоро, — прошипел он у моего уха с обещающей, темно-медовой сладостью. Затем он обнял меня сзади, прижав к своей груди, и губы его коснулись моих волос.
Мы вернулись в главный зал замка как раз в тот миг, когда Дилис и Карадог прощались с Келани и лордом Бренданом у массивных резных дверей. Дилис крепко обняла меня на прощание.
— Нам нужно поговорить о Короле. Зачем ты дразнила его? — прошипела я прямо в ее ухо, чувствуя, как нарастает раздражение.
— Чтобы ты увидела его истинную сущность. Будь осторожна, Ариана, он обожает повелевать! — ее шепот был горячим и тревожным. — Увидимся позже.
«Я знаю его истинную сущность, а ты — нет!»
— мысленно, яростно и беспомощно прокричала я.
Я понимала, что поступками Дилис двигали благие намерения, но порой она переступала все мыслимые границы. Я хмуро смотрела ей вслед, но, когда она, обернувшись на пороге, показала мне язык, не смогла сдержать ответной улыбки. Эта новая, игривая Дилис, озаренная влиянием Карадога, была непривычной, но милой. Мы помахали им вслед, и тогда Король повернулся ко мне.
Я молча наблюдала, как последние отсветы заката таяли в высоких стрельчатых окнах зала, окрашивая древние дубовые панели в цвета спелой вишни и старого золота. Воздух был напоен ароматом роскошных масел и цветов в массивных каменных вазах.
— И нам пора, — нарушил застывшую тишину Король. — У тебя же завтра встреча в Летописной Гильдии.
Мы обменялись прощальными поклонами, и Келани, легкая и стремительная, словно птичка, внезапно обвила меня теплыми, дружескими объятиями.
— Мы уже начали думать, что он никогда не приведет в наш дом девушку! — искренне воскликнула она.
Я почувствовала, как жар ударил мне в щеки. Король снова закатил глаза специально для сестры. Я поджала губы. Почему это ему можно, а мне — нет? Мне отчаянно захотелось ответить тем же, но я не осмелилась, потому что помнила его угрозу в полумраке лодочной мастерской.
Король, явно смущенный или даже раздосадованный признанием сестры, сжал мою руку и притянул к себе, точно рыцарь, забирающий добычу.
— Ты ее совсем запугаешь или избалуешь до неприличия,— проворчал он.
— Полно тебе, Ллевеллин, — снисходительно заметила Келани, и ее взгляд, устремленный на Короля, светился такой бездонной любовью, что у меня екнуло сердце.
Я украдкой наблюдала за ними: было очевидно, что Келани боготворит его, любит той безусловной, всепрощающей любовью, что сильнее любых кровных уз. Король наклонился и с почтительной сдержанностью поцеловал ее в щеку.