Страница 112 из 479
Несмотря на жгучую тоску и опустошение, я слабо рассмеялась, вытирая мокрое лицо тыльной стороной ладони.
— Ночь была бурная, да, но не ужасная, — поправила я ее, находя в этом слабое утешение.
Дилис ухмыльнулась, ободренная моим смехом, и ее глаза блеснули.
— Так-то лучше. Но почему ты плачешь? Ты же никогда не плачешь, — напомнила она, беря со стола мой гребень из слоновой кости.
Дилис начала очень медленно, с бесконечным терпением и бережностью, распутывать колтуны в моих волосах, разделяя их прядь за прядью.
— Просто я думаю, что наши отношения ни к чему не приведут, — призналась я, рассматривая замысловатый, вытканный узор на ковре у кровати, чтобы не встречаться с ней взглядом.
— Ты же сказала, что вы встречаетесь через несколько дней? — уточнила Дилис, не прекращая плавных, успокаивающих движений гребнем.
— Ну да, мы так и планировали, — кивнула я.
— Тогда с какой стати он заявился сегодня? — Дилис остановилась, отложила гребень и повернулась ко мне с искренним недоумением.
— Я послала ему сообщение через камень, — вздохнула я, зная, что сейчас начнется.
— С просьбой приехать? — удивилась она, широко раскрыв глаза.
— Нет, намекнула, что не хочу его больше видеть, — призналась я, снова чувствуя прилив жгучего стыда за свою глупую, детскую дерзость, которая обернулась таким финалом.
— И он сразу примчался? — Дилис даже присвистнула, выразительно подняв брови. — Ариана, да ты лиса. Это же чистейшей воды романтика!
— Вообще-то я пошутила, — пробормотала я, пряча покрасневшее лицо в ладонях, не в силах смотреть на восторженную Дилис.
— Ох. Вот теперь я совсем ничего не понимаю, — сдалась она, откладывая гребень в сторону.
Терпеливо, опуская самые страшные и постыдные детали, я пересказала ей суть послания и свою попытку пошутить.
— Значит, ты думала, что он ответит тебе через камень, — подытожила Дилис.
— Да.
— А вместо этого он приехал сам?
— Да.
— Я бы сказала, что он от тебя без ума, — убежденно заявила она.
Я нахмурилась, глядя в пол. Король Благого Двора — и без ума от меня? Ага, как же. Он просто смотрел на меня как на новую, диковинную, упрямую игрушку, с которой можно забавляться, проделывать всякие отвратительные, волнующие штуки и которую не жалко сломать, если надоест. Сердце болезненно сжалось от этой жестокой, но, вероятно, верной мысли. Смирись, Ариана, такова твоя реальность.
— Король приехал, чтобы взять меня, только и всего, — произнесла я вслух горько, цинично и безнадежно.
— Кто сказал, что романтика умерла? — шепнула Дилис с преувеличенным ужасом, но в ее блестящих глазах читалось скорее восхищение моей дерзостью, чем осуждение.
Я произвела на нее впечатление. Не думала, что это возможно в такой грязной, унизительной ситуации. Смущенно и беспомощно я пожала плечами.
— Он использовал близость как оружие, — добавила я, пытаясь объяснить себе самой, что же именно произошло.
— Ласкал тебя, пока полностью не подчинил? — Подруга неодобрительно покачала головой.
Я ошеломленно моргнула и почувствовала, как мое лицо, шею, даже уши заливает горячая волна. Дилис попала в самую точку своим простым, грубым вопросом...
— Ариана, я не понимаю, ты просто делишь с ним ложе? — спросила она без обиняков, глядя мне в глаза.
— Нет, Дилис, мы не делили ложе, мы... — я запнулась, подбирая точное слово, — совокуплялись. По определению самого Короля. Он не признает любовь, не верит в нее, — выдохнула я, и в этих словах была вся моя боль, вся горечь и вся правда наших отношений.