Страница 179 из 226
– Не знаю. Где-то между глазами и вижу, – сказал Отрывкин.
– Гм-м, третий глаз? – вопросительно произнес Ворон.
– Он, – твердо кивнул Лёва.
– Ну ты, Отрывкин, даешь. Лечишь зрение, а открывается третий глаз, – с восхищением процокала Сова.
Пошли в библиотеку и долго обсуждали, что такое третий глаз и как с ним бороться.
Какие преимущества третьего глаза? Видит ли он только то, что есть на самом деле, или может проникать в суть вещей?
Решили проверить опытным путем.
Отрывкин пошел на улицу проверять действие нового зрения. Пока шел, сосчитал все углы в Доме. Дом весь испереживался и даже пробовал стонать.
Прямиком прочесав всю поляну, Отрывкин пересчитал лбом все деревья и в конце концов улетел в кусты. Весь грязный, в порванной одежде, исцарапанный и синякатый, он наконец крикнул:
– Ну всё, забирайте меня отсюда.
Его привели домой, умыли, обработали, переодели и спросили:
– Ну как?
– Как? Да я не деревья вижу, я насквозь вижу! – возбужденно заговорил Отрывкин. – Я вижу, где в дереве древоточец сидит, под землей норы всякие, а в нашем Доме – вон под той половицей небольшое пятнышко гнили. И лучше его сейчас замазать, а то потом по всему дереву пойдет.
Дом попытался схватиться ставнями за сердце.
Ничего, половицу подняли, обработали, и Дом успокоился.
Зато все остальные перевозбудились.
– Так ведь и болезни лечить можно! У людей. Это когда они еще не подозревают ни о чем, а тут – хоп им! – и полное выздоровление!
Намечтавшись, Отрывкин решил пойти в ближайшее село и опробовать новый метод. Дедов эликсир и живую воду взял с собой. Чтобы люди не шарахались от вприпрыжку бегущего слепого, на его плечо сел Ворон якобы дорогу показывать. Так и отбыли.
В первом доме увидели нездорово одутловатого мужчину средних лет с пивным пузиком, который стоял на табуретке и вкручивал перегоревшую лампочку.
– Здравствуйте, – вежливо сказал Отрывкин, – а мы…
– Да знаю я вас, Олег, – вполне дружелюбно ответил мужчина, – вы же местный маг. Вас все знают.
Отрывкин был удивлен.
– А я вас полечить пришел.
– О, и что принес? Небось, свое что-нибудь, забористое, – воодушевился мужик.
– Вы не так поняли… – начал Отрывкин.
– Да как же еще понять? – заулыбался мужик и достал стопки. Поставил на стол приглашающим жестом: мол, наливай.
Отрывкин с отчаянием посмотрел на Ворона. Тот сделал вид, что его здесь нет.
«Ну ладно, будет тебе опохмел на твой застарелый цирроз печени. Это ж надо: жить всего ничего и боли, поди, мучают, а ему всё мало…» – Он налил щедрую порцию живой воды в стопку мужику, да еще пальцами прищелкнул.
Мужчина увлеченно заглотнул жидкость, не понял вкуса и с удивлением уставился на Отрывкина.
– Это че такое, а? – зловеще тихо спросил мужик. – Ты над больным поиздеваться пришел? Да ты знаешь, что мне цирроз печени поставили и дни отмерили? По календарику живу. Только водкой и спасаюсь. А ты мне, э-э-эх…
И недолго думая дал Отрывкину такого тумака, что у того звезды из глаз посыпались. Ворон схватил Отрывкина за шкирку и с приглушенным «Валим!» вытащил из дома. Мужик только глазами хлопнул. Но, как ни странно, почувствовал себя бодрее, тупая боль из подреберья ушла, и вообще, выпивать расхотелось: «Может, зря я его так, а? Может, взаправду вылечил? Маг ведь».
А ушибленный Отрывкин убрал фингал под глазом, и пошли они с Вороном дальше, беседуя о благоприятном влиянии хороших манер при общении с хамами.
В другом доме у женщины Отрывкин обнаружил раковую опухоль. Это его потрясло до глубины души, и он решил во что бы то ни стало ее уничтожить.
Тут в ход и живая вода пошла, и знаменитое щелканье пальцами, и даже дедулин эликсир. Женщина была уже лежачая, сил не было ни на что. К врачам идти отказывалась и не подозревала, что больна такой страшной болезнью. Но после манипуляций «доктора Олега» ей стало настолько лучше, что она встала, привела себя в порядок и решила прогуляться – давно на улице не была.
На улице консилиум в лице Ворона и Отрывкина пришел к выводу, что с женщинами иметь дело не только легче, но и приятнее.
В следующем доме они нашли престарелого эпилептика. Тоже не дурака выпить.
Тут уж Отрывкин церемониться не стал: выбрал нужную микстуру и, пока несчастный бился в конвульсиях, услышав, что водки нет, быстро выплеснул ее в глотку больному. Тот сглотнул – и сразу сел. Первый вопрос был какой? Правильно: есть ли выпить? А если нет, катитесь отсель!
Так они и ходили весь день по поселку. Отрывкин еще Ворона попросил:
– Слишком много пьющих у нас. Напомни поработать над этим.
Ворон важно покивал.
Пришли домой, а там… мама дорогая! Очередь по всей поляне. Слухи быстро разносятся, особенно о чудесном докторе.
Отрывкин зашел в Дом, умылся и вышел к людям. Толпа как его увидела, ахнула в один голос:
– Как же ты лечить-то будешь нас, болезный?
Он вообще еле на ногах стоял. Да еще и слепой.
– Так и буду, – ответил Отрывкин.
– А что ж, руками, что ли? Без глаз? Как же ты диагноз ставишь?
Тут не выдержала Сова и влезла со своими комментариями:
– Тебе, бабка, нужно здоровой отсюда уйти? Какая тебе разница, как он тебе диагноз поставит? Главное, чтоб вылечил, главное, чтоб здоровая ушла отсюда и на своих ногах.
Бабка, увидев говорящую сову, упала в обморок. Ее долго приводили в себя, но потом все-таки вылечили от стенокардии.
Всё население отрывкинского Дома подключилось к лечению людей. И никого уже не удивляли ни говорящий ворон, ни говорящий соловей, ни говорящий лев и говорящая кошка. А тут еще подбежали котята со своими советами да Аська со своими эликсирами. В общем, подключились все.
К тому времени зрение Отрывкина восстановилось, но всех хроников на ноги поставили. За день настолько вымотались, что в библиотеку вползли полутрупами.
Перекусили и расселись-разлеглись слушать очередную историю Ворона.
В этом он никогда не отказывал.
Байки старого Ворона: Люмпен
Жилось ему тяжело. Хотя он думал, что нормально.
Там хлеба кусок украдешь, здесь тетке, с базара которая идет, в ноги кинешься, а там и котомку можно пощипать: может, свезет со съестным.
В еде был непривередлив. Что найдет, что когда-то называлось, то и съест. А воды в реке полно. С одежкой тоже было просто: на помойках всяко валялось. Не бог весть что, так мы люди непривередливые.