Секреты

Глава 24

Можно сказать, я была на подъеме с тех пор, как Гарри ворвался обратно в мою жизнь. Секс был потрясающим, но одного его присутствия достаточно, чтобы я видела мир сквозь розовые очки.

Я буквально танцую по своей спальне, когда реальность пронзает меня, как тупой меч.

Джейми.

Никогда бы не подумала, что способна на измену, но Гарри вытаскивает на поверхность самые темные части меня. Мне до боли хочется гнаться за этим острым ощущением рядом с ним, несмотря на опасность, которая ждет впереди. Как бы ни был темен его мир, если он живет в нем, я буду видеть только свет.

Отношения между мной и Джейми были трудными с самого начала. Я даже не сказала ему, что люблю его, ради всего святого. И прошло уже несколько месяцев. Нельзя отрицать, что с этим разрывом нужно покончить немедленно — даже если наш с Гарри скандальный роман ограничился всего одной ночью.

Когда я звоню, Джейми настаивает, чтобы мы встретились в его обеденный перерыв. Только когда я прихожу в кофейню рядом с его офисом, я понимаю, насколько мой наряд уместен. Темные джинсы, черный топ, кожаная куртка — я выгляжу как Смерть, прибывшая на собственные похороны, когда приближаюсь к Джейми, который выглядит элегантно в своем деловом костюме. Он от кутюр и, наверное, стоит больше, чем моя машина. Ну, разумеется.

Он пришёл раньше меня и встает, когда я подхожу, жестом приглашая меня сесть на стул, спрашивая, не хочу ли я чего-нибудь выпить.

Я качаю головой и говорю:

— Спасибо, но это будет недолго.

— Хорошо… — говорит он, кивая.

— Я думаю, нам пора расстаться.

Он делает паузу на мгновение, а затем отвечает:

— Хорошо.

— Хорошо? — переспрашиваю я в замешательстве. — И всё?

Он пожимает плечами.

— Ты никогда не была на сто процентов вовлечена в эти отношения.

— Это неправда. — Я качаю головой, пытаясь защитить себя.

Он фыркает.

— У нас не было секса. В те редкие разы, когда мы что-то делали, ты стонала имя другого мужчины.

Мои щеки краснеют от смущения, и я чувствую, как кто-то будто прошелся наждачной бумагой по моему желудку. Но, как ни странно, хотя я думала, что меня будет мучить чувство вины, я чувствую только облегчение. Всё оказалось намного проще, чем я ожидала.

— Друзья? — спрашиваю я с улыбкой.

— Скорее всего, нет.

Ну и ладно…

Ребенок не в силах испортить мое хорошее настроение. Хотя он сказал бы иначе, мы решаем сохранить вежливость ради нас обоих, но вероятность того, что мы когда-нибудь столкнемся, ничтожна, поскольку мы оба работаем в городе, окруженном тысячами людей. Когда мы прощаемся, я тянусь за объятием, а он протягивает руку для рукопожатия, что заканчивается одним из тех неловких унизительных объятий, где рука оказывается зажатой между нами.

По какой-то неизвестной причине следующим шагом после разрыва с парнем оказывается визит к мужчине, с которым я ему изменила. Глупость моих поступков быстро сменяется похотью, когда Гарри открывает входную дверь с полотенцем, низко висящим на талии.

— Джиджи? — говорит он, удивленный моим визитом. — Я не знал, что ты придешь.

Я проглатываю это ощущение, спеша найти его глаза. Когда он замечает мой блуждающий взгляд, его игривость возвращается с удивительной скоростью.

— Ты бы предпочла, чтобы я снял полотенце? Честно говоря, я не против.

Я борюсь со своим румянцем.

— Я не хочу тебя беспокоить.

Он притягивает меня внутрь за бедро, закрывая за мной дверь.

— Ты точно не беспокоишь.

Я отчаянно пытаюсь игнорировать ощущение его тела, прижатого ко мне, но попытка тщетна.

— Ты уверен, что не против, что я здесь?

— Мне нужно уйти позже, но у меня есть несколько свободных часов. Дай мне переодеться, и тогда мы поговорим. — Его взгляд скользит по мне. — Если только ты не хочешь поговорить в душе.

Я шлепаю его по груди.

— Иди собирайся.

Когда он идет обратно в ванную с голым торсом и этим белоснежным полотенцем, низко висящим на бедрах, я пытаюсь напомнить себе, что я сильная, независимая женщина, которая точно не ищет утешения в отношениях на скорую руку. Но как только эта сексуальная фантазия улетучивается, я замечаю шрам на его затылке.

Я заметила его прошлой ночью, когда он снова надевал одежду. Я видела его раньше, почти год назад, когда обрабатывала рану на его груди. Но видеть его при дневном свете вызывает совершенно новую реакцию. И что бы это ни было, это жжет до боли в моей душе.

Я сажусь на барный стул и жду его. Я кручу большие пальцы, оглядываясь вокруг. В его доме ничего не изменилось с моего прошлого визита. Никакой новой мебели не добавилось в серо-черную палитру.

Желание порыться в его вещах быстро подкрадывается, но я подавляю его с молниеносной скоростью. Если у нас есть хоть какой-то шанс наладить отношения, больше не должно быть тайн.

Что-то, что звучит как звонок, ослабляет мою бдительность, и я замечаю, как телефон Гарри вибрирует на кухонной стойке. Экран загорается, но телефон слишком далеко, чтобы увидеть, кто звонит.

Экран наконец гаснет.

Когда я перевожу взгляд на свои обломанные ногти, дрожь пробегает по позвоночнику при воспоминании о том, как они были повреждены. Когда Гарри приказал мне схватиться за изголовье…

Телефон снова начинает звонить.

— Гарри! — зову я.

Он не отвечает.

Как бесконечный цикл, я смотрю, как телефон звонит снова и снова. Только на четвертом звонке я наконец решаю проверить, осторожно приближаясь к устройству, как к бомбе замедленного действия. Я успеваю застать только конец звонка, но на экране нет определителя номера, чтобы сказать мне, кто отчаянно пытается с ним связаться.

По требованию он начинает снова. За долю секунды я быстро отвечаю на звонок, поднося телефон к уху.

— Ты берешь трубку, когда я звоню, или пожалеешь, что не сделал этого. Всё провалилось. Ты нужен нам здесь. СЕЙЧАС! — голос мужчины трещит от крика.

О Боже, о Боже, о Боже.

Это была ошибка.

Я в секунде от того, чтобы повесить трубку, но подозреваю, что это только разозлит этого мужчину еще больше.

— А-алло? — заикаясь, говорю я. — Мне очень, очень жаль, но Гарри в душе. Я сейчас же позову его.

Линия обрывается в тишину, и на секунду я убеждена, что повесили трубку.

— Я Джиджи, — говорю я ему, будто это поможет исправить мою ошибку.