Секреты

— Следите за документами, как гребаные ястребы, — говорю я Техногику Дэну. — Мы не можем позволить возможности пересечения между компаниями ускользнуть. Бейте, когда они наиболее уязвимы.

— Какое здесь пересечение? — спрашивает он, едва поднимая голову, его пальцы стучат по клавишам ноутбука.

Босс расхаживает позади меня, на мгновение привлекая моё внимание, когда он идёт по комнате.

Я беру документы передо мной, пробегаю по ним взглядом и добавляю: — Согласно их последнему отчёту о продажах, у нас меньше двадцати четырёх часов с момента новостей до завершения контрактов. Каждая. Секунда. На счету.

— Маловероятно, — бормочет Поппи, и я резко поворачиваюсь к ней. — Это, блять, много бумажной работы за двадцать четыре часа. Речь идёт как минимум о паре дней.

— Ты думаешь, что крупнейший универмаг во всей Европе не будет действовать соответственно? — спрашиваю я. — Что они не будут прикрывать все концы, когда наиболее уязвимы? Господи, Грин, тебе ещё многое предстоит узнать.

Её верхняя губа поднимается в оскале.

— А если мы не будем готовы ударить в эти сроки? — спрашивает кто-то.

Я поворачиваюсь к источнику звука, но Гарри привлекает моё внимание, прежде чем я успеваю полностью повернуться. Тяжёлый взгляд в его глазах испепеляет мою недавнюю панику. Редкое выражение появляется на его лице. Наклонив голову, он приподнимает бровь, будто не узнаёт меня.

— Босс? — настаивает тот же голос.

Тишина заполняет комнату. Я поворачиваю голову, ожидая ответа Ричарда, но когда я смотрю на людей, окружающих стол, в них есть что-то другое.

Их взгляды устремлены на меня.

Я смотрю в глаза каждому из них. Все смотрят на меня, включая самого Ричарда. Комментарий грозит подавить меня, но я принимаю его спокойно.

Один из новичков — тот, кто задал вопрос, — кивает мне, чтобы я продолжала.

Я поднимаю подбородок, улыбка медленно расползается по моим губам.

— Тогда мы ударим всем, что у нас есть.

Внезапный шум в коридоре отвлекает наше внимание. Слышны крики, плач и пронзительный женский вопль, от которого у меня стынет кровь, заставляя весь зал затихнуть. Инстинктивно потянувшись к «Глоку» на бедре, я замираю, услышав знакомые голоса.

— Что значит? — разносится женский голос, почти истеричный. — Что значит, блять, он исчез?

Энди врывается в комнату, и двери с грохотом ударяются о стены. Жёсткие линии прорезают его лицо, он почти падает. Мы с Гарри встречаемся взглядами через комнату, затем переводим взгляд на Энди.

Он опускает голову и качает ею.

Жуткие рыдания пронзают тишину.

Слёзы жгут мои глаза белым огнём.

Это чувство мне слишком знакомо.

Звук, сырой крик, который никто никогда не должен слышать за свою жизнь.

Смерть безжалостна. Это я знаю.