Страница 689 из 708
– Знаете, а ведь, пожалуй, я помню одно имя. – Конверт исчез в кармане чесучового пиджака. – Но это ведь останется между нами?
– Разумеется, Савелий Игнатьевич. Я не собираюсь афишировать свой интерес. И вас попрошу о нём не распространяться.
Хлудов кивнул, наклонился через стол и сообщил шёпотом:
– Говорят, ювелир Агабек кроме украшений делает на заказ магические амулеты. А теперь сообразите, Михаил Дмитриевич: малахириум‑то в Коллегии он не получает! Понимаете?
– Вполне, – Захребетник откинулся в кресле. – Благодарю, Савелий Игнатьевич. Если вам вдруг понадобится помощь, вы всегда можете обращаться ко мне.
– Премного благодарен. – Хлудов помялся. – А вы, простите великодушно, по почтовому ведомству служите? Или по народному просвещению?
Вместо ответа Захребетник улыбнулся и неторопливо продемонстрировал ему красные корочки Коллегии.
Купец на пару секунд сделался белым, а потом закашлялся. Захребетнику пришлось привстать и похлопать его по широкой спине.
– Ну что же вы, Савелий Игнатьевич! Аккуратней надо чай пить, а то ведь так и подавиться недолго.
– Михаил Дмитриевич! – просипел купец, утирая выступившие слёзы. – Вы же видели, я на сотрудничество пошёл добровольно! Я с контрабандой не связан и всегда был верным подданным государя! – Он суетливо полез в пиджак и попытался впихнуть мне конверт обратно. – Вот, извольте, заберите!
Но Захребетник мягко отвёл его руку.
– Савелий Игнатьевич, голубчик, да к вам у меня никаких претензий. Напротив! Вы мне чрезвычайно помогли, и я готов исходатайствовать вам официальную благодарность от Коллегии. С грамотой, с печатью.
– Нет! – Хлудов замахал руками. – Не надо грамоты! Я готов помогать Коллегии совершенно добровольно. И лучше тайно.
– Вот и отлично. – Захребетник поднялся и одёрнул сюртук. – А конверт оставьте себе, заслужили. Государь всегда вознаграждает своих верных людей.
Прощался Хлудов с нами долго, кланялся, звал заходить запросто и обещал слушать базар «во все уши».
Когда мы вышли на раскалённую улицу, я не удержался и заметил едким тоном:
«Наградил его, положим, не государь, а ты. Причём из моих собственных средств».
«Миша, не мелочись, – отмахнулся Захребетник. – Сколько там было? Твоё жалованье за месяц? А жалованье тебе платит государь. Вот всё и сходится. Зато теперь у нас есть собственный информатор в Самарканде. Поверь мне, это отличное вложение средств. Уедем мы с тобой в Москву, а Савелию Игнатьевичу поручим письма писать: что на базаре говорят, кто из беев зашевелился, какие товары из‑за границы пошли. Будет держать руку на здешнем пульсе, а мы всё это прочитаем за утренним чаем. Понял? А теперь давай‑ка прогуляемся не спеша и поглядим, что это за Агабек такой».