Страница 253 из 708
На это у меня ответа не нашлось. А когда я в следующий раз посмотрел в ту сторону, где танцевала незнакомка, её уже не увидел.
– Вы снова чем‑то озаботились, Михаил Дмитриевич? – спросила Нина Леонидовна.
– Нет‑нет. Благодарю вас за танец!
Я отвёл даму на место. Вооружившись бокалом с шампанским, двинулся по периметру зала.
Незнакомку не увидел, зато встретил Зубова. Тот сиял.
– Миша! – приветствовал он меня. – Какой цветник! Ах, какой цветник! Знаешь, после бала ты меня не жди. Внезапно образовались совершенно неотложные дела.
Зубов помахал рукой даме с роскошным декольте. Та кокетливо спрятала лицо за развернутым веером.
– Понимаю, – улыбнулся я. – Слушай, ты не видел барышню с тёмными волосами в зелёном платье?
– В зелёном? – Зубов огляделся по сторонам. – Да вот, пожалуйста! У колонны стоит.
Я посмотрел в указанном направлении. Там стояла невысокая толстушка в зеленом платье, отделанном шёлковыми лентами.
– Нет. Не она.
Зубов пожал плечами.
– А как по мне, так и эта весьма мила… Всё, Миша, прости. Не могу позволить даме скучать так долго.
Зубов устремился к обладательнице декольте.
«Заметь: с тобой знакомить не стал, – хохотнул Захребетник. – Боится, что уведёшь… Да не грусти! Чего ты, в самом деле? Мало ли тут барышень».
«В том‑то и дело, что слишком много, – вздохнул я. – Так просто не отыскать».
Подошёл Цаплин под руку с супругой, приятной дамой средних лет. Мы наконец познакомились. В момент, когда госпожа Цаплина вспоминала о временах, когда Игорь Владимирович был титулярным советником, а сама она давала уроки немецкого языка детям какого‑то промышленника, я снова увидел незнакомку.
– Мария Алексеевна, простите, пожалуйста, – перебил госпожу Цаплину я. – Вы случайно не знаете, кто эта девушка?
Цаплин и его супруга синхронно обернулись и посмотрели на незнакомку в изумрудном платье. Она снова танцевала с тем же кавалером, представительным мужчиной лет сорока. Он тоже был в маске, одет во фрак, однако выправка выдавала военного.
– Увы, – ответил Цаплин. – Лиц под маской не разглядеть – ни её, ни кавалера. Хотя мужчина кажется мне знакомым… Впрочем, Миша, эта загадка решается довольно просто. Вы можете пригласить даму на танец и представиться. В ответ она, вероятнее всего, назовёт своё имя.
– Благодарю, Игорь Владимирович! Так и сделаю.
Под понимающие улыбки Цаплина и его супруги я отправился в тот конец зала, где танцевала прелестная незнакомка. Но к тому моменту, как добрался туда, танец закончился. И ни её саму, ни кавалера я, как ни старался, среди гостей не высмотрел.
Я дважды обошёл зал и вынужден был констатировать, что чудесное видение в изумрудном платье растаяло без следа. А вместе с незнакомкой как будто исчезла рождественская сказка. Я вдруг почувствовал навалившуюся усталость, ужасно захотелось оказаться дома и лечь в кровать. Тем более что Зубову было не до меня, напиваться и буянить в этот вечер он явно не собирался.
«А губа‑то у тебя не дура, Миша», – объявил вдруг Захребетник, когда я садился на извозчика.
«То есть? Ты о чём?»
«О твоём чудесном видении. Барышня ведь не из простых. Сильно не из простых…»
«С чего ты взял? Ты её видел ровно столько же, сколько я. Что ты там успел разглядеть?»
«Видел, может, столько же, да опыта у меня побольше. Такую стать и благородство движений ни один учитель не привьёт. И вела она себя на балу, как хозяйка… Непростая это барышня, вот увидишь».
«Да почему ты думаешь, что я снова её увижу? А если увижу, узнаю? Она ведь в маске была…»
«Узнаешь, куда ты денешься. А если не узнаешь, значит, так тебе и надо. Значит, действительно такая красавица не про твою честь».
«Да ну тебя!»
Я демонстративно уставился в окно.