Сердце падшего короля

Он выглядел таким уставшим, будто не спал все то время, что играл в мертвеца. Хотелось обнять его, потрогать, но я лишь поджала губы и прошла мимо.

Лукас не может быть жив.

Не может.

Но он, черт побери, выжил! Мой муж не умер в той машине. Он притворялся. После всего, в чем я призналась ему, он позволил мне поверить в то, что он мертв, бросил меня. И да, я вела себя как чертова идиотка. Снова не нашла в себе сил хотя бы удостовериться в том, что Лукас – не бред моего уставшего сознания. Я была слишком слабой, чтобы предпринимать хоть что-то. Я могла только притворяться тупой стервой, как делала это с мамой или Рамоной, но, признаться, для меня они уже давно были чужими. А Лукас.. я не знала. Мужем, который ожил? Мужем, которого я потеряла, а теперь вновь обрела?

Я убежала от него, как от привидения среди ночи, а за углом врезалась в Адама.

Вот кто по-настоящему жив.

Я вцепилась в его предплечья, пытаясь удержаться на ногах. Адам придержал меня за талию.

— Слышал, ты оставила дом мачехе, – ехидно спросил он, оглядывая мое лицо, пытаясь найти там признаки сумасшествия или чего-то в этом духе. – Щедрый подарок, – хмыкнул парень.

— Я бы все равно не вернулась туда. Там произошло слишком много неправильного, – мои глаза поймали взволнованный взгляд Адама, подметили легкую щетину и тени под глазами. Привычный свитер был помят.

Наверное, они оба не спали всю ночь.

— А здесь не много?

Очень много. Так много, что я удивлялась, как мы еще были живы. Жестокостью здесь пропитался каждый уголок, эта тьма исходила отовсюду, проникала под кожу, вызывая противные мурашки и мороз по телу.

— Достаточно для того, чтобы сойти с ума.

— Все еще думаешь, что спятила?

— Нет, но.. – я потупила взгляд, не зная, что собиралась сказать. Что не понимала, как относиться к его брату? Что не понимала, как общаться со своим мужем? И что в груди нестерпимо жгло от обиды и горечи одновременно?

Позади послышались шаги, я почти отпрыгнула от Адама.

— Почему вы просто не поговорите? – спросил парень, удержав меня за локоть, когда заметил, что я собиралась уйти.

— Ты не наш семейный психолог, Адам!

— Он убил брата ради тебя, – он прищурился, не позволяя мне выдернуть руку.

— Он убил брата, чтобы сохранить честь семьи, – прошипела я, подавшись вперед. Адам благоразумно отодвинулся и отпустил меня.

— Нет, Лола, – возразил он. – Чтобы сохранить честь семьи, он убил бы тебя, а он хотел спасти.

А нужно ли было мне это спасение?

Если бы я и нашла в себе смелость заговорить с Лукасом, то пришлось бы объяснять поцелуй с Адамом и мою симпатию к нему.

Чертова стерва. Мой муж только что вернулся из мертвых, а я думала о том, как оправдать себя. Идиотка! Самая настоящая идиотка.

Я обогнула Адама и почти бегом направилась вверх по лестнице. По старой памяти открыла не ту дверь, оказываясь один на один с тишиной и красным пятном на полу. Память услужливо подкидывала все, что произошло вчера.

Он убил брата из-за меня.

Черт возьми, это звучало просто ужасно, и на самом деле было таким.

Хотя сейчас казалось, что лучше бы я все-таки умерла вчера.

Я вылетела из этой спальни, сдерживая тошноту. Воспоминания наслаивались друг на друга. Я помнила, как на лицо брызнула кровь, как Томас завалился на бок, придавив меня, как потом он упал на пол с глухим стуком, как в комнате появился Адам и как Лукас смотрел на меня всю в крови и дрожащую, как антилопа, которая осознавала свой конец перед хищником.

Комната встретила звенящей тишиной. Такой, от которой обычно сходили с ума, но я справилась и без нее. Мой рассудок и так нельзя было назвать здоровым.

Голова болела так сильно, будто по ней постоянно ударяли молотком. Сердце стучало в висках, создавая свою собственную мелодию. Дыхание останавливалось где-то на уровне вдоха, словно я пыталась задушить саму себя.

Я плакала так, когда его не стало. Оплакивала, скорбела. А сейчас делала все то же самое, но по живому человеку. Лукас был жив, он вернулся домой, а я рыдала так, будто это самое настоящее горе.

Черт возьми, наверняка он сидел где-то в соседней комнате. И, как порядочная жена, я должна кинуться к нему на шею, целовать, обнимать и радоваться тому, что он жив, а я почему-то вернулась в комнату, просто прошла мимо, сделав вид, что не заметила его. Хотелось подойти к зеркалу и задать отражению вопрос. Почему? Почему я не могла упасть в его объятия? Почему не могла поцеловать? Почему не могла ничего из этого, если так сильно хотела?