Страница 4 из 6
Домофонный замок уже привычно не работает, как и лампочка на первом этаже, что не горит. Лифт опять исписали, а ведь только недавно уборщица всё оттёрла.
Родной пятый этаж.
Какой-то гад оставил царапину на моей двери! Но это неудивительно: пока подъезд напоминает проходной двор, всегда будут выкручивать лампочки и гадить кому-то под дверь.
Перед тем как вставить ключ в замочную скважину, скольжу пальцем по царапине, проверяя насколько глубокая — увы, реставрации не избежать.
Тяжёлый вздох вырывается наружу, придётся снова наведаться в управляющую компанию, пусть что-то срочно решают с домофоном! Так ведь дальше продолжаться не может.
Наконец начинаю открывать дверь, только вот ключ не подходит.
— Что за чёрт?!
Пробую снова и снова. Меняю ключи один за другим.
Маловероятно, но вдруг?!
Только замок не хочет никак мне поддаваться, а потом дверь и вовсе открывается.
На пороге стоит ОН…
Аполлон в чёрных боксерах.
Глава 5
— Вы кто и что делаете в моей квартире?
Аполлон смотрит на меня с высоты своего роста, брезгливо морщит нос, что, если честно, обидненько. Но, оказывается, это ерунда! Главный удар по моему достоинству ждёт меня впереди.
— Ты бухнула? — спрашивает он, наклоняется ко мне, ведёт носом в поисках алкогольных паров. — Или нюхнула?
— ЭЙ! Что вы себе позволяете? Кто вы вообще такой и как оказались в моей квартире?
— Или просто чокнутая, — говорит мужчина с какой-то обречённостью.
Хочет закрыть дверь, но я успеваю просунуть ногу, не позволив этого сделать. За ногой и сама, словно кошка, подстраиваюсь под размер щели и втискиваюсь в квартиру, не глядя на охреневшее лицо мужчины.
— Вы зачем… — Я осекаюсь, глядя на обстановку вокруг и уже тише добавляю: — Проникли в мою квартиру?
Только дело в том, что я была в чужой квартире!
— Это Ленина, двадцать пять, квартира пятнадцать?
Мужчина коротко кивает. С каким садистским наслаждением наблюдает за моими мучениями.
— Адрес мой. Квартира не моя.
Дело не только в ремонте и мебели, но здесь даже планировка другая! Стены по максимуму убраны, образуя единое пространство.
— Тогда, может, уберёшься из моей квартиры?
— Я не понимаю, как такое возможно?! Вы меня не обманываете? Санкт-Петербург, улица Ленина, двадцать пять, квартира пятнадцать.
На мужском лице впервые проскакивает интерес.
— Почти. Только ты не в Питере, детка, а Мейске.
— Вы шутите?!
Мужчина тяжело вздыхает.
— Может, пройдёшь? Чувствую, разговор затянется.
Киваю, прохожу в чужую квартиру, потому что если незнакомец прав, то я не в Мейске, я в попе!
Аполлон уходит в единственную комнату, а я прохожу вперёд. Пальто бросаю на стул в зоне кухни, оглядываюсь, сомневаюсь целую минуту, а потом, махнув рукой на мнение Аполлона обо мне, лезу в холодильник.
Да, некрасиво, но у меня стресс! А когда я нервничаю, я всегда хочу есть.
Тут точно мужчина живёт?
Морковный сок. Листья салата. Какие-то овощи. Приоткрываю один из контейнеров, принюхиваюсь — вроде курица.
Сойдёт!
Быстро нахожу стакан, наливаю себе морковный сок. Делаю глоток. Гадость неимоверная.
— А ты, я смотрю, освоилась, —раздаётся насмешливый голос прямо над ухом.
Испуганно вздрагиваю, оборачиваюсь, не рассчитав, что Аполлон окажется настолько близко. В итоге вся оранжевая жижа выплёскивается прямо на белоснежную футболку, которую красавчик решил надеть.
— Упс, — только и произношу я, а потом добавляю: — На тебя разогревать?
Не буду же я одна в чужом доме есть.
— Тебя не смущает, что три часа ночи на дворе?
— Я оказалась в незнакомом городе, пыталась вломиться в чужую квартиру, завтра должна быть на работе, потому что боссу молния в голову шандарахнула и он решил всех вызвать в последний момент. Поэтому ты правда думаешь, что меня заботит, как заедание стресса отразится на моей фигуре?
— Ну с фигурой у тебя всё в порядке, — подмечает незнакомец, скользя по мне внимательным взглядом, от которого ощущаю себя голой.
Нет на мне ни свитера плотной вязки, ни широких джинсов. Потом как ни в чем не бывало возвращает свой взгляд к моему лицу:
— Разогревай. А то одной ночью жрать — то же самое, что и бухать. Совесть не позволит оставить даму в беде.
Фыркаю.
Тоже мне джентльмен нашёлся.
— Я, кстати, Оля.
— Макс.
Аполлон протягивает руку, которую я тут же пожимаю.
— Ну что, Оля, рассказывай, как докатилась до такой жизни. С виду приличная, а домушник.
— У тебя киви случайно нет? Они мне лучше всего со стрессом бороться помогают!
Мотает головой.
— У меня на них аллергия.
И без какого-либо стыда, стягивает испачканную футболку. Светит своим красивым телом.
— А ты новую футболку надеть не хочешь?
— Неа, на что ты тогда пялиться будешь? Мне даже кажется, что ты специально меня облила. Так ты смотри, мне не жалко.
На брутальном лице расплывается довольная улыбка от уха до уха, чем ужасно раздражает и заставляет оправдываться, что я делать совсем не привыкла.
— Я не пялюсь. Просто у меня зрение плохое, линзы потеряла, вот и кажется…
— Угу, то-то я смотрю твой взгляд выше моего живота подняться не может.
Макс подходит ко мне, забирает нож, а меня отодвигает в сторону.
— Ночь и так интересной выдалась, не хочу, чтобы в травме с пришитыми пальцами закончилась.
Не спорю, вместо этого решаю разогреть нам куриное филе.
— Расскажешь, как в другом городе умудрилась оказаться?
— Да, только можешь зарядку для телефона дать?
Максим откладывает нож в сторону, вытирает руки о кухонное полотенце и уходит в комнату, тут же возвращается с зарядкой.
Я быстро достаю телефон из сумочки и ставлю заряжаться. Включаю и тут же замечаю почти сотню пропущенных звонков от девчонок, а потом более двухсот сообщений в нашем чате.
Открываю его.
«Ольчик, ты не только поездом промахнулась, но и с чужим паспортом уехала», — пишет Надька, а вдогонку десяток ржущих смайликов.
Что?!
Снова бросаюсь к своей сумочке, достаю паспорт, открываю.
— Вот же чёрт! Не мой.
То ли ржать истерично, то ли плакать.
Ну как так?! Это что, я теперь ещё и уехать не смогу?
Снова открываю наш чат, где девочки рассказывают, что случилось.