Страница 27 из 105
— За что мне оправдываться, Туни? — спросила она тихо. — За то, что Сев выпил лекарство от простуды? Даже если Вернон что-то увидит, память ему уже никто не сотрет — он практически член семьи, вы же в декабре поженитесь! Или, — Лили моргнула — внезапно ей в голову пришла мысль, которая все объясняла, — ты боишься не за него, а того, что он скажет? Когда узнает, что твоя сестра — ведьма?
Петунью будто ударили под дых. Впалые щеки залила восковая бледность, в глазах промелькнуло испуганное, почти затравленное выражение, пальцы с силой вцепились в подлокотник дивана — алый лак резко выделялся на светлой обивке, и от этого казалось, что у нее на ногтях проступила кровь.
Лили в ужасе уставилась на сестру. Она и сама не ожидала, что та так отреагирует — но не успела и слова сказать, как под тяжелыми мужскими шагами заскрипели ступеньки. Отец и Сев спускались со второго этажа, и мама, бросив на старшую дочь печальный взгляд, покачала головой и заторопилась им навстречу.
— ...ретроспективная аберрация, мистер Эванс, — донесся с лестницы голос Северуса. — Обычная ошибка восприятия. На самом деле все наоборот — в последние годы отношение к магглорожденным улучшалось, а не ухудшалось. Вплоть до преференций при приеме на работу и штрафов за дискриминацию...
Что? А ему не приходило в голову, что если бы все было так радужно, то никакие штрафы бы не понадобились? Конечно, у него-то нет проблем с «хотя бы одним магическим родителем» — небось по-другому бы запел, если бы это ему не продавали в магазинах картошку и мясо!
И папа не подвел — задал тот самый вопрос, который так и вертелся у нее на языке:
— Значит, эта дискриминация часто встречается? Раз за нее приходится штрафовать?
Сев что-то ответил — что именно, Лили уже не расслышала, потому что Петунья поднялась с дивана и принялась одергивать юбку. Ее движения были суетливыми и поспешными, и руки немного дрожали — но на лицо вернулись краски, и в глазах появился прежний живой блеск.
Лили тоже встала с кресла и шепотом предложила:
— Хочешь, я сама поговорю с Верноном? Скажу, что ты не могла, сошлюсь на Статут и запреты...
Серые глаза взглянули на нее в упор. Не моргая, как сквозь прицел снайперской винтовки.
— И думать не смей! — прошипела Петунья. — И при отце ни слова, поняла? Хоть раз в жизни не лезь куда не просят!
Лили ошеломленно кивнула, но сестра уже не слушала. Сдвинула вазу с хризантемами на прежнее место — так резко, что лиловые цветы качнули головками, — и, вздернув подбородок, решительно зашагала к двери.
— ...недальновидная политика властей, — продолжал соловьем разливаться Сев. — Здоровое общество должно защищать тех, кто с молоком матери впитал его устои и обычаи, а не выжимать из них все соки, чтобы предоставить льготы кому-то другому...
«Выжимать все соки»?.. Он действительно считает, что власти что-то отбирают у других, чтобы отдать ей? Нахмурившись, Лили вошла в столовую — и с упавшим сердцем обнаружила, что единственное место рядом с ним было уже занято. Пришлось садиться на стул напротив; поколебавшись, Петунья отодвинула себе соседний.
Мама бросила на них вопросительный взгляд — ее пальцы нервно комкали накрахмаленную салфетку, и Лили постаралась улыбнуться ей в ответ.
Видимо, отец тем временем задал какой-то вопрос, потому что Сев пожал плечами и сказал:
— Те же квоты при приеме на работу, о которых я уже упоминал. Сборы, пошлины и ежемесячные платежи — у магов нет налогов, поэтому их рост больно бьет по кошельку граждан. Как, например, недавнее повышение платы за камин, которое коснулось всех, кроме магглорожденных...
Ну вообще-то ей ее тоже повысили, аж на целых три процента! И она честно платит эти деньги каждый месяц — в отличие от него, кстати. Его-то дом вообще не подключен к каминной сети...
— Как интересно, — откликнулся папа. — Но остальные, наверное, этим недовольны? И требуют от правительства восстановить справедливость?
— Конечно. Причем социальное напряжение зачастую выплескивается совершенно не по адресу. Но есть надежда, что досрочные выборы все исправят, — кивнул Северус, рассеянно глянув на стол — мама тут же пододвинула к нему мясной рулет, и у Лили зачесались руки надеть это блюдо ему на голову, а потом еще полить сверху соусом.
Ишь, как гладко поет — «социальное напряжение» у него в досрочных выборах виновато! Можно подумать, люди недовольны магглорожденными, а не выходками чистокровных бандитов! И где только таких идей нахватался? У Малфоев, не иначе — вот не зря, не зря у нее сразу появились дурные предчувствия, когда он собрался варить для них лекарства!
Лили с силой ткнула вилкой в кусочек запеченного картофеля — зубчики пробили его насквозь и противно скрипнули о фарфор. Вот бы и с малфоевскими лживыми бреднями было так же легко расправиться — но здесь, увы, придется подождать до дома, не ругаться же с ним при родителях...
— Небось и выборы такие же ненормальные, как все остальное, — фыркнула Петунья себе под нос, накладывая на тарелку цветную капусту. — Превращаете мышей в чашки, если хотите отдать голос за первого кандидата? И в ложки, если за второго?
Лили уставилась на нее во все глаза. Злость на Сева сменилась удивлением — ей послышалось, или это и в самом деле была попытка пошутить? Предложение закопать топор войны и перейти к мирным переговорам?
— Нет, — покачала головой она, надеясь, что взяла верный тон, — мне жалко тебя разочаровывать, но до такого они не додумались. Все как везде, только с поправкой на пергамент и перья. Даже обещания одинаковые... что ваш Каллаган, что наш Минчум — жалко, ты их речи сравнить не можешь. Просто как под копирку написаны.
Петунья зачерпывала ложкой белый соус, но при этих словах ее рука на мгновение замерла в воздухе.
— Ну, нашего лидера консерваторов скопировать трудно, — наконец заметила она — с безразличием слишком явным, чтобы быть искренним. — Хотя бы потому, что она женщина.
— Миллисента Багнолд, — кивнула Лили. — Так зовут нашу. Правда, женщины-министры у нас уже были, но в остальном ситуация один в один, включая отношение избирателей. По-моему, вашей можно даже особо не стараться, просто напомнить об ошибках нынешней власти. Например, сфотографировать толпу безработных, добавить на плакат правительство и подписать: «Они не работают».
(2)
[Labour isn't working — известный плакат, который использовала в своей избирательной кампании Маргарет Тэтчер. https://en.wikipedia.org/wiki/Labour_Isn%27t_Working]
И все, победа у нее в кармане...