Страница 68 из 74
В трактире, на удивление, оказалось свободно несколько столов, и Белозёров снова выбрал самый дальний, стоящий в углу. Купцы, извозчики, мастеровые — народ постепенно стекался на ужин.
— Сегодня у нас свиная нога с квашеной капустой. Хозяин решил побаловать гостей новым немецким рецептом. Вы не пожалеете, ваше благородие, — расхваливал фирменное блюдо стоявший возле столика официант.
Не став долго думать, Василий заказал фирменное блюдо — свиную ногу с квашеной капустой.
Блюдо действительно оказалось вкусным, и Василий ел не торопясь, наслаждаясь вкусом. Постепенно трактир наполнился народом, и поднялся такой шум, что Белозёров решил пойти домой. Быстро доев и расплатившись, он вышел из трактира и снова огляделся. Слежки видно не было. Дом был недалеко. Возле подъезда дежурили четверо городовых. Горюнов не стал ослаблять бдительность и не убрал усиленную охрану даже после задержания Бортника и его шайки.
— Добрый вечер, Василий Игнатьевич, — поздоровались городовые.
Василий кивнул и поднялся в свою маленькую квартиру. Быстро раздевшись, он завалился на кровать и сразу уснул.
Проснулся Белозёров ровно в шесть: внутренний будильник чётко следил за временем. За окном ещё держались сумерки, но город начинал уже просыпаться. Громыхали колёса пролёток и телег, развозивших товары по лавкам и на рынки. Василий умылся и выглянул в окно. Городовые стояли возле подъезда. Одевшись, он снова отправился в трактир, намереваясь плотно позавтракать и отправиться в ателье.
В трактире почти никого не было. Только пара извозчиков в дальнем углу доедали свой завтрак. Василий заказал яичницу с салом, чёрный хлеб и большую чашку крепкого чая.
Ателье Менахема Лейбовича открывалось в восемь, и Василий не спешил. Завтракая, он поглядывал в окно, пытаясь понять, следят за ним или нет. Допив чай, он достал свои старые потёртые карманные часы и посмотрел на время. Семь двадцать. Можно было выходить.
До доходного дома, где находилось ателье, было всего несколько кварталов. Василий шёл неторопливым шагом, постоянно проверяя, следят за ним или нет. Слежки не было, либо он её просто не видел. Подойдя к двери ателье, он снова посмотрел на время. Семь сорок пять. Не став дожидаться восьми утра, постучал.
Через минуту дверь приоткрылась, и на пороге появился Менахем Лейбович. Он улыбнулся, увидев Василия:
— А, Василий Игнатьевич! Доброе утро. Проходите. Пальто ваше готово, но я ждал вас только завтра. Трость будет готова через полчаса: остались мелкие штрихи, и мастер уже приступил к работе. Остальное — шляпа, перчатки и ботинки — готово. — Менахем отступил в сторону, пропуская Василия внутрь ателье. Закрыв дверь на ключ, он махнул рукой, и к нему сразу подошла молодая девушка.
— София, откроешь ровно в восемь. Должна прийти мадам Шемелина со своими детьми. Прими её сама. Все заказанные вещи готовы. И будь учтива. Мадам Шемелина недавно вернулась из Франции.
— Хорошо, Менахем Лейбович, — ответила девушка. — А если она потребует вас?
— Тогда позовёшь. Мы будем в моём кабинете, — ответил портной и повернулся к Белозёрову: — Пойдёмте, Василий Игнатьевич. Пока примерим всё, что уже готово.
Они двинулись вглубь ателье. Проходя мимо одной из комнат, Менахем Лейбович заглянул внутрь:
— Лёва, принеси заказ господина Белозёрова и поторопи мастера — нужна трость.
— Хорошо, па… — крикнул Лёва.
— Это ваш сын? — удивился Василий.
— Да, Василий Игнатьевич, — улыбнулся Менахем Лейбович, открывая дверь в свой большой кабинет. — Располагайтесь. Сейчас Лёва всё принесёт. Сделаем примерку. А потом поговорим. Мне есть что вам рассказать по вашему личному вопросу.