Страница 31 из 74
Глава 11
— Расскажите про сегодняшний день, — попросил Рябинин.
Александр на мгновение задумался, потом сел прямо и посмотрел на судебного следователя. Говорить он начал размеренно, хорошо поставленной речью, в которой сразу почувствовалось, что Александр получил хорошее образование:
— Рабочий день сегодня начался намного раньше обычного. Пару дней назад кухмистерскую арендовал для проведения праздничного обеда и ужина в честь свадьбы своего сына купец Фома Ильич Лебедев. Пришли мы, когда не было ещё и пяти утра. Надо было подготовить зал, а поварам требовалось приготовить большой список блюд: заливные, паштеты, пироги, несколько видов жаркого, ещё и рыбу жареную заказали. Стол должен был ломиться от разнообразия. Фома Ильич не пожалел денег. Продукты были самой первой свежести. Да и гости все знатные были, так что ударить в грязь лицом никто не хотел.
Рябинин кивнул, не перебивая, и начал заполнять протокол допроса.
— Примерно около семи утра приехал хозяин кухмистерской. Привёз недостающие продукты, всё проверил и уехал. Я с остальными официантами занимался главным залом. Хозяин велел, чтобы всё прошло идеально, так что все официанты работали в зале: стулья расставляли, посуду натирали, — Александр подождал, пока Рябинин закончит писать, и продолжил: — Примерно около восьми утра пришла красивая девушка. Она прошла на кухню, переговорила со старшим поваром и вышла в зал.
— Что она делала? — спросил Рябинин.
— Проверила расстановку, количество посуды и приборов. Сделала замечание официантам, что кое‑где было плохо натёрто серебро. А потом ушла на кухню к поварам, — ответил Александр.
— Хорошо, что дальше? — дописав, Рябинин посмотрел на официанта.
— Дальше стали накрывать стол. Блюда выносили и расставляли. Девушка эта активно командовала, куда какие блюда ставить, — продолжил Пападопуло. — Мне даже показалось, что она этому где‑то обучалась. Слишком грамотно она руководила расстановкой.
— Она представилась? — Белозёров посмотрел на официанта.
— Ну, может, и представилась старшему повару. Мы‑то, официанты, кто перед нами отчитываться будет? — пожал плечами Александр.
— Ясно. А дальше что было? — спросил Василий.
— Дальше гости стали приходить. Сначала невеста с женихом, родители с обеих сторон и родственники, — продолжил Александр.
— А девушка? Как она себя вела с невестой и женихом? А с родственниками? — Белозёров внимательно смотрел на Пападопуло.
— К сожалению, я не видел: на кухне был. Но когда вышел, она сидела среди родственников невесты, — ответил Александр, потом чуть подумал и добавил: — Она разговаривала с мужчиной, родственником невесты. Как его зовут, я не знаю.
— Хорошо… — Василий на миг замер, боясь уже задавать такой вопрос. — Описать её сможете?
Александр усмехнулся:
— Смогу во всей её красе. Но мне проще её нарисовать, если, конечно, хотите.
— Вы художник? — удивился Рябинин.
— Нет, — Пападопуло покачал головой, — если, конечно, вы имеете в виду, рисую ли я картины. Но с детства мне нравилось рисовать портреты. Мама и отец наняли учителя, который меня обучил рисованию. Можно сказать, это моё хобби. Иногда рисую, но в последнее время очень редко. Открытие ресторана для меня важнее рисования.
Рябинин достал из папки чистый лист бумаги, карандаш и пододвинул всё к официанту.
— Мне надо минут сорок. Быстрее не управлюсь. И желательно тихое место, — он обвёл взглядом допросную, — и не такое мрачное.
— Хорошо, — Рябинин встал. — Пойдёмте со мной.
Пропуская официанта перед собой, Аристарх Платонович посмотрел на Воронова:
— Иван Макарович, допросите остальных. Я пока в кабинете Горюнова побуду с Александром. Чистые бланки протоколов в папке.
— Хорошо, Аристарх Платонович, — Воронов кивнул и сразу приказал городовому вести следующего официанта.
Горюнов работал в своём кабинете, когда вошёл Рябинин с каким‑то официантом.
— Что случилось, Аристарх Платонович? — начальник полицейского участка посмотрел на Рябинина.
— Ничего, Аркадий Ильич. Мы тут у вас посидим тихонько. Мешать не будем. Просто нужен тихий кабинет, — ответил судебный следователь.
Горюнов улыбнулся:
— Аристарх Платонович, когда мой кабинет стал тихим? Тут же проходной двор. Давайте я вам соседний кабинет открою. Помощник мой заболел, кабинет пока пустует.
— Это было бы замечательно, — согласился Рябинин.
Кабинет помощника начальника полицейского участка оказался неожиданно светлым. Большое окно выходило во двор, и солнечный свет полностью освещал помещение.
Рябинин указал Александру на стол у окна:
— Садитесь здесь. Тут светлее, да и спокойнее.
Александр сел, положил лист перед собой и поднял глаза на Рябинина:
— Я так понимаю, вам необходимо лицо?
— Лицо, — кивнул Рябинин. — Можно и в полный рост. Но всё‑таки главное — это лицо.
Пападопуло кивнул и закрыл глаза. Через минуту он склонился над листом, и карандаш в его руке уверенно заскользил по бумаге. Аристарх Платонович, сев поодаль, стал с интересом наблюдать за Александром.
Тем временем в допросной Воронов, Румянцев и Белозёров приступили к беседе со следующим официантом. Невысокий, щуплый парень по имени Пётр то и дело нервно сглатывал и постоянно ёрзал на стуле.
— Успокойтесь и рассказывайте всё по порядку, — спокойным голосом начал Воронов. — С момента, как пришли на работу. Что видели, что делали.
Пётр снова сглотнул, собираясь с мыслями:
— Я сегодня немного опоздал и пришёл, когда уже все работали. Старший повар меня наругал и отправил в главный зал помогать остальным.
— Хорошо, — Воронов наклонился вперёд. — А когда пришла девушка?
— Не знаю. У меня же часов нет, — смутился Пётр и снова сглотнул, заёрзав на стуле.
— Девушка красивая? — спросил Румянцев.
Официант покраснел и кивнул.
— А ты видел, что она делала, когда блюда по столу передвигала? — заговорил Василий.
— Нет, я не смотрел, — тихо ответил Пётр.
Воронов сделал пометку в протоколе и глянул на Белозёрова.
Василий покачал головой и кивнул в сторону двери.
— Скажи, пусть забирают и ведут другого, — согласился Иван Макарович.
Как только городовой увёл официанта, Румянцев произнёс:
— Я уже сам хочу на неё посмотреть.
— Фёдор Емельянович, надеюсь, посмотрим, — сказал Воронов. — Только от этих свидетелей толку нет. Но допросить надо. Где там следующий?