Страница 43 из 47
— Наоборот, мы именно на это и рассчитываем, — мрачно ухмыльнулся Уголь.
Они с Кремом прошлись по лавке, разглядывая книги, и я не утерпела:
— Пссс, ребята! Как там у вас отношения с моими… гм… заклятыми подружками?
— Что? А, ну неплохо, неплохо, — снисходительно сказал Уголь. — Бренгар вон уже готов делать предложение своей красотке. Хочет увезти её в столицу!
— А я так просто рад, что от меня отцепилась эта… Гоэмма, — сказал Сливочный Крем.
— Он пригласил этим вечером Люмию в ресторан, — шепнул мне Уголь.
— Понятно, — хихикнула я. — Так и знала, что вы подружитесь. Совет да любовь!
— Ну, с этим мы не спешим, кроме Бренгара, тот вообще полностью попал под каблучок, — сказал Крем пренебрежительно. — Послушай-ка, Ферн. У нас к тебе дело!
— Это какое же?
— Да небольшое! Справочник…
— Какой справочник?
— Тот справочник забытой магии, которым ты нам угрожала. Ты ещё его не продала?
— Да что в нём такого-то? — спросила я.
— Тебе лучше не знать, Ферн, — понизил голос Уголь. — Но мы тебе за него дадим двадцать пять ринтов, по рукам?
Я не думала, что потрёпанная старая книжка может стоить как пара новейших иллюстрированных энциклопедий, и ахнула:
— Двадцать пять?
— Ну хорошо, тридцать, — нетерпеливо сказал Крем.
— Тридцать пять и рассказ о том, что это за книга, — сказала я.
— Тридцать пять и никаких рассказов, — рявкнул Уголь.
— Эта книга бесценна, — лениво сказал Пирриан, подкравшийся с другой стороны стеллажа с книгами. — Просто между строк записаны видимые лишь магам заклинания и рецепты. Ими давно не пользовались. Дело в том, что если какие-то чары — заклинания, пассы, зелья и прочее — слишком много и часто используются магами, то силы в них остаётся всё меньше. Поэтому маги и выдумывают новые способы колдовства. Постоянно. А вот некоторые такие чары, хорошо отлежавшись, могут снова быть сильными и полезными. Я бы сразу сотню просил за справочник.
— Кхм, Примус, — кашлянул Крем.
— А что такое?
— Тебе не выгодно, чтобы она поскорее набрала нужную сумму, — напомнил Уголь.
— Откуда вы знаете? Мы вам не рассказывали! — возмутилась я.
— От Киффера Зейна, — сообщил Крем.
— Вот подлюга…
— Ладно, держи — у нас на двоих восемьдесят пять с половиной ринтов, — мне отсыпали купюр и монет полные ладони. — Давай справочник.
— Ладно уж, берите за восемьдесят, пока я добрая, — я сложила деньги в кассу за прилавком и вытащила с полки за ним же потрёпанный справочник по забытой магии. — Спасибо, что выручили. Этот Злот…
— Ещё тот прощелыга, — согласился Уголь. — Примус! Мы уезжаем завтра! Прощаться не зайдём, не надейся!
— Век бы вас не видел, — вежливо попрощался Пирриан. — Спасибо за то, что приехали, а теперь проваливайте!
— Наш Примус, — нежно сказал Сливочный Крем. — Счастливо оставаться в этой клятой дыре!
На этом они и распрощались. Я не стала махать вслед платочком и вытирать слезу. Мне было важнее пересчитать свою выручку. Отношения отношениями, а договор мы ещё не отменили! К тому же собирать деньги наперегонки оказалось делом, пробуждающим азарт.
— У меня за сегодня выручка — сто пятьдесят ринтов! — удивилась я неожиданному богатству.
— Двести сорок, — сказал Праймус. — Такими темпами мы можем сократить срок спора на месяц.
— Нет, — подумав, сказала я. — Пока оставим так. Всё равно часть денег уходит на разные траты, в том числе непредвиденные.
— Ты мудра не по годам, — сказал Пирриан. — Пошли поужинаем в «Рыбу твоей мечты»?
— А не дороговато? — усомнилась я.
Ресторан близ Соколиного проспекта, с видом на реку и парк за нею, был самым лучшим в городе.
— Мы ведь заслужили, — сказал Пиранья с лёгким упрёком. — К тому же я плачу.
— Нуу, если ты — тогда пошли, — сказала я. — Объем тебя на всю разницу в выручке, а может, и больше, чтобы ты точно проиграл!
— Нет уж, будь уверен: я не привык проигрывать, — на лицо мага вернулась его пираньевая ухмылка.
И я рада была её увидеть. Эта кривоватая, коварная усмешка удивительно шла Праймусу и вообще означала, что всё в порядке.