Страница 35 из 47
Но рыжий огненный маг, по-моему, был впечатлён. Он припал к нежной ручке и что-то шепнул на ушко девушке. Ухо Диммы сразу стало пунцовым. Она захихикала и принялась мелко, часто кивать.
Ну вот. Их даже сватать не пришлось, они сами!
Обездоленная Люмия кинулась драться с подругой, но её за талию перехватил Сливочный Крем. Это вызвало у Гоэммы стон ревности, однако её обезвредил уже сам Уголь.
— Милые дамы, сядьте подальше друг от друга и ведите себя хорошо, — сказал он строго, удерживая барышню в мощных объятиях. — Не устраивайте цирк понапрасну, мы ценители более изысканных искусств.
Слова мага вызвали в Гоэмме неподдельный интерес, и она обмякла, глядя в лицо брюнетистого Двиллина-Угля.
— Это каких же? — спросила она, нарочно дыша так, чтобы грудь в глубинах декольте соблазнительно колыхалась.
— Я потом расскажу, в приватной беседе, — поведал Уголь, — если согласитесь на свидание.
— Согласна! — выкрикнула Гоэмма, глядя на подружек с победным видом.
— Вот и хорошо. А пока займите места. Мы сейчас продолжим испытания Примуса, дорогие дамы.
Пирриан показательно поднял рукава плаща с потёртыми обшлагами.
После чего огненные маги пошли размечать место для боя, а мы, в смысле дорогие дамы, остались сидеть на поваленном дереве. Мясник, заммэра и пожарные делали вид, что они тут вообще никого не видят. Только Кифф увязался за магами и что-то им втолковывал — наверное, про пожарную безопасность.
— Я выйду замуж за блондина, — сказала вполголоса Люмия, — Димма за рыженького, а Гоэмма за чёрненького!
— А Музе достанется самый отстойный маг: испорченный Примус, — хихикнула Димма.
Но я-то видела, что Примус, то есть Пиранья, то есть Пирриан Праймус, на самом деле лучший из огненных магов. Так уж есть, я ничего не придумываю. Он не был грубым пошляком, как Томат, или напыщенным дураком, как Сливочный Крем, и снобом, как Уголь.
Он был самим собой. Сдержанный, подтянутый, ироничный и… всегда готовый защитить.