Страница 77 из 79
Глава 26
Неслись на крыльях любви мы медленно, печально и недолго. Не быстрее пятнадцати миль в час — не рискнул я сильнее разгоняться на скрученных колготках. Так и не понял, прав я оказался или нет. Если бы гнал, что есть мочи, то, может быть, и успели бы доехать до того очередного хлопка и скачка температуры. Колготки приказали долго жить, когда до цели нам оставалось не больше мили… пута гранде, торадо бабосо! Больше никаких немецких машин! Только безотказные неубиваемые японцы. Крузак себе возьму! Или хачироку! Может быть, Датсун, как у Рокки Кларка. Лучше ВАЗ 2106 в экспортном варианте из СССР выпишу, чем опять немцам доверюсь. Вот такая степень моего разочарования!
На остатках инерции сумрачного германского пепелаца я успел припарковаться напротив закрытого ломбарда «Солнечный рай». Прямо название нашего воронежского крупного торгового центра, появившегося уже после моего переезда в Питер.
— Крис! Таксофон! — указала на спасительный аппарат возле самого входа в ломбард Линда.
Как единственный обладатель нормальной обуви, мигом метнулся до аппарата, взяв у невесты визитку часовни. Мерное гудение в снятой трубке есть, пожертвовал одним из своих четвертаков. Набрал номер… и никто не берет трубку. Ну ладно, еще не вечер. Даже не утро!
На двери ломбарда я усмотрел телефон службы заказа такси, нарисованный баллончиком по трафарету. Позвонил, и даже трубку взяли.
— Таксопарк «Желтый Кэб», откуда вас забрать? — ответил немного уставший женский голос. Ночная смена — она такая.
— Ломбард «Солнечный рай», — продиктовал адрес, написанный ниже под вывеской, — а доехать надо до часовни «Полуночный Мемфис», это…
— Я знаю, где это, сэр, сейчас все машины у нас заняты и выстроилась очередь. Из-за компьютерной выставки все таксопарки перегружены, машин не хватает. Вы сможете подождать около часа? Не больше полутора…
Миерда гранде! Песадийя!
— Простите за беспокойство, мэм, мне проще дойти пешком, чем столько ждать. Всего доброго.
Попробовал дозвониться до нашего отеля и девушка-ресепшионист даже переключила меня сначала на номер Трейси, затем на комнату Чака и Говарда. Никого нет дома!
А почему бы и не «да»? Что я, зря по утрам каждый день бегаю? Тут меньше двух километров. Неужели не дойдем? Проклятый подвернувшийся каблук нас не остановит.
— Бросим машину и пошли пешком, тут совсем близко, — позвал я. — Будет нам свадебное путешествие.
Как будто серебряные колокольчики на ветру всколыхнулись. Я не сразу понял, что это так звучит новый смех Линды. Она и сама, наверное, не догадалась, так как ошарашенно прикрыла рот узкой ладошкой.
— Ой… миссис Оуэнс меня убьёт, мне нельзя смеяться, — опешила она.
— Я ей не скажу. Переобувайся в мои туфли и пошли.
— Крис, а ты? Ты все ноги об эти камни обдерешь.
— А я каналья из гетто, мне не страшно, у меня ступня, как подошва, я босиком в футбол гонял по трейлерному парку. Переобувайся и пойдем.
Очень приукрасил! Очень-очень. Но что я, не мужик, не потерплю?
— А машина?
— Закроем ее. Если кто-то сможет угнать — пожму руку этому гению автомеханики. Потом вызовем эвакуатор, чтобы ее забрать, и отдадим профессионалам. А затем принесем в жертву Великому Ктулху! В том смысле, что продадим! Вернем в салон. Лучше бы я Делореан купил, чесслово, там бы такой подставы не случилось.
Линда вставила свои аккуратные ножки в мои черные лыжи, притворяющиеся туфлями, и мы пошли. Я носки оставил, чтобы совсем уж не босиком. И слабым звеном оказался, увы, не я и не мои носочки.
— Крис, неудобно, все время сваливаются, — пожаловалась моя спутница. А ведь, казалось бы, у меня нормальный сорок второй размер. То есть девятый в местной системе координат.
Кроме шаркающей походки в моих миердодавах, обнаружилась еще одна проблема — теплолюбивая калифорнийка вся продрогла зимней ночью на улице. Пустыня коварна. Днем и в помещениях Вегас радовал вполне себе комфортными температурами, но ночью… карамба, ниже +10 точно. Как джентльмен и нормальный человек, отдал бедняжке свой пиджак. Ну и дубак! Брр! Ничего! Для того ходьба и нужна — чтобы греться! Но как с обувью-то быть?
— Разувайся и залезай мне на спину. В Японии такой способ переноски девушек считается самым романтичным.
Глупая бравада требовала нести на руках перед собой. Но я же не левас, знаю свои возможности и надрываться не стал, даже несмотря на то, что невеста у меня — пушинка. Даже сорок два килограмма — это много. Да, я знаю ее вес, в больнице взвешивали, в систему СИ сам перевел.
И где копы, когда они нужны? Хоть подвезли бы. И еще я забрал из бардачка перцовый баллончик и вручил пассажирке. От греха. Нечастые прохожие на улицах вроде бы люди приличные, но мало ли, какие мысли у них об одиноко бредущих подростках возникнут.
Снова обулся в свои туфли. Присел, позволяя Линде обнять меня за шею и взобраться на спину. Подхватил ее под колени и побежал. Иго-го-го!
Не настолько тяжела участь ездового инженера-программиста… была, пока меня не окатило водой из внезапно включившихся поливалок возле мотеля «Сладкие сны». В зимний дубак. Бррр!
Не удержался и громогласно чихнул. Если бы прямо по курсу находились какие-нибудь сказочные поросята с их домиками, наверняка бы сдуло.
— Крис, тебе надо в тепло, — забеспокоилась моя прекрасная всадница.
— Ерунда, тут уже недалеко. Согреюсь на бегу.
Что бы такое мысленно промычать для сугреву? Чтобы мотивирующее не останавливаться и двигаться вперед. Вслух орать не то, чтобы дыхалка не позволит — кровь из ушей слушателей воспрепятствует.
Итс май лайф, итс нау ор невер…
Удивительно хорошо мегахит от Джона Бон Джови в нашу ситуацию ложится. «Сейчас или никогда» там раз десять повторяется и в целом про «живи свою лучшую жизнь и не сдавайся». Может, и правда сплагиатить? А с настоящим автором рассчитаюсь — выдам льготные условия на стриминговом сервисе Каналья Мьюзик и он заработает много денег. Заменить Томми и Джину на Криса и Линду… это уже совсем не скромно. На кого-нибудь еще из знакомых. Эдди и Трейси, или Майкла и Лизу.
Добрались! Добежал и в самом деле согрелся! Даже запыхался. Дыхалку я на каждодневных пробежках с Дюке и чуть менее регулярных играх в сквош-футбол с Монтгомери, оказывается, неплохо прокачал. Несся не как угорелый, но в своём обычном темпе, быстрее типичного пешехода.