Не выходи

- Не стоило на него нападать, - отчитывает кого-то Даника. - Ты ведь слышал, он хотел взять меня в убежище. Я бы попала внутрь и открыла вам дверь

- Он убил одного из нас, - недовольно басит её собеседник. - Думаешь, я бы оставил тебя наедине с этим психом и его друзьями?

- Толку от твоей заботы, если мы останемся снаружи? - едко спрашивает она. А потом появляется в поле моего зрения. - Очнулся, Эверик.

- За что? - удаётся вымолвить мне. Даника вздыхает, продолжая идти рядом с телегой, заправляет за ухо прядь тёмных волос.

С каких слов начинается идеальный роман? - спрашивает она. - Как показывает практика, в них должна быть безосновательная забота, поражающая очерствевшего собеседника в самое сердце. Так и у нас было, правда? Хотя попытка меня спасти выбивается из сценария.

Чего... Ты...

Добивалась? - заканчивает девушка.

Киваю.

- я бы связалась с тобой чуть позже.

Рассказала, что сижу на пороге и очень не хочу умирать. Дверь открывается, мы входим... Вы, крысята из убежища, отхватили себе самую безопасную норку. Думаешь, это правильно? Мы выживаем снаружи, теряем близких одного за другим, переезжаем, потому что тени находят всё новые способы до нас добраться. А ты в это время расстраиваешься, что подружка не называет тебя полным именем.

Вы могли... договориться.

О, правда? - вскидывает бровки Дани. :

- И руководство бункера распахнуло бы двери, с радостью принимая нас в свои ряды?

Хочу кивнуть, но сам не верю, что совет разрешил бы такому сроду присоединиться к общине.

- Мы пытались, Эверик. Столько лет просили вас открыть дверь, спасти нас... но устали ждать, - она мрачнеет, закусывает губу, словно сомневаясь, стоит ли продолжать.

- Ты удивил меня своим появлением. Мне даже показалось, что слова о любви были правдой.

- Так и есть, - выдыхаю, и мне больно оттого, что я всё ещё влюблён в девушку, которая собирается погубить ни в чём не повинных людей.

- Что же, - Даника задумчиво касается моей щеки, будет возможность это доказать.

6

Дорога обратно занимает четверо суток. Меня берегут: кормят, поят, ночью укладывают так, чтобы у теней не было возможности подобраться. Иногда я слышу шипящие голоса: твари смеются над моей беспомощностью. Даника, кажется, не прочь поболтать, но тушуется от внимания своих спутников. Их тридцать. Мужчины и женщины. И в уставших взглядах мне чудится жестокая решимость, которая перерастает в одержимость, когда мы добираемся до места.

Солнце катится к горизонту. И я понимаю, что меня ждёт, едва оказываюсь напротив двери в убежище под той самой трофейной лампой. Мои конвоиры разводят костры за углом и обсуждают, как ворвутся внутрь. Как будут убивать тех, с кем я жил бок о бок больше пяти лет. Дани садится рядом со мной, невесело смотрит в глаза.

- Тебе всего-то и нужно открыть дверь. Знаю, у вас есть условный сигнал.

Там семьи, Даника. Дети.

Мы не будем убивать всех, - обещает девушка, но сама не верит своим словам. Я достаточно хорошо её знаю, чтобы видеть ложь

Думаешь, если вы ворвётесь внутрь и убьёте охрану, остальные вас примут? Будет бойня.

Хочешь посадить виноград - придётся извозиться в грязи, - шепчет она в ответ, а потом подаётся вперёд и обхватывает моё лицо ладонями.

- Но ты только подумай: мы наконец-то сможем быть вместе.

Вздыхаю. Слова скребут по самому сердцу. Чертовка склоняется к моим губам и нежно касается их своими. Отвечаю на поцелуй, жадно пробуя её на вкус. Дани поддаётся, послушно открывает ротик и ловит мой язык, балдёжно зарывается в волосы пальчиками, прижимается всем телом, обещая безумное счастье..

Мы с трудом отрываемся друг от друга. Тяжело дышим. Я вижу слёзы в её глазах.

У тебя будет полтора часа, потом сядет аккумулятор. Попробуешь сбежать - получишь пулю в колено. Не откроешь дверь до тех пор, как погаснет лампа - тени тебя сожрут, - выдаёт последние инструкции шёпотом, а потом разрезает удерживающие меня верёвки, поднимается и уходит, унося с собой моё сердце.

Бежать бессмысленно. Сажусь на собственный ботинок, смотрю на быстро темнеющий пейзаж.

Тень, ставшая верной спутницей в безумном путешествии, вновь даёт о себе знать:

«Мы отличаемсся от вас, - шипит она. - Мы не убиваем друг друга. Вы прокляты, потому и получили насс в наказание за греххи».

- Ты права, - киваю, рассматривая силуэт, скользящий в подступающей тьме

«Несправедливо, что ты умрёшшь один».

- Несправедливо, - повторяю я.

«Впуссти насс. Ссломай лампы. Отомссти вссем».

Усмехаюсь. Едкая обида на жизнь шепчет, что я должен согласиться. Чувствую едва ощутимый запах лилий, хмурюсь, доставая из кармана подаренный бывшей платок. Она так цеплялась за прошлое в моём лице, что не хотела становиться счастливой. Я не заслужил этих жертв. Надеюсь, теперь, когда меня не станет, Лори отважится изменить свою жизнь. А я знаю, как поступить.

Сожалею о вашем друге! - кричу, подозревая, что меня слушают. - Он был агрессивен, да и тень всё не замолкала, и я сорвался!

Сглатываю, пытаясь смириться с вероятным исходом своего плана.

- Но это моя ошибка, и я готов за неё заплатить! Я выключу лампу, Дани! Вы не войдёте внутрь! Не с моей помощью! Но мы всё ещё можем быть вместе здесь! Будет сложно, но я готов бороться ради тебя, слышишь?! А ты готова?!

«Дурак, - веселится тень. - Значит, сожру только тебя».

- Пять, - начинаю обратный отсчёт. - Четыре.

Тварь во тьме взрывается хохотом.

- Три.

Голос не слушается от страха, звучит слишком высоко.

- Два!

Зажмуриваюсь, не в силах смотреть на зубастую улыбку перед собой.

- Один!

Щёлк. В меня врезается нечто, давит на горло, обнимает так сильно, что я не могу вздохнуть.

Жду боли, и в следующее мгновение отхватываю неслабый тычок в бок.

- Ненавижу тебя, - шипит девушка, вынуждая меня улыбнуться. Она держит фаер на вытянутой руке и сидит верхом на моих коленях.

- Неправда, - смеюсь, утыкаясь носом в тёмные волосы. И понимаю, что победил свою тень.

***

Меня зовут Эверик Грейл, и я каждый день выживаю в пустошах. Год назад я покинул безопасное убежище ради той, кому не посчастливилось попасть внутрь. Боялся, что меня не примут её друзья - ведь по ужасной ошибке убил одного из них - но среди выживших оказалось много хороших людей, доверие которых со временем удалось заслужить. А каннибалов, кстати, нет - таких выгоняют из общины.