Страница 29 из 42
— Нет! — крикнул парнишка, падая на колени. — Я не уйду! Встань, слышишь? Мы же почти дошли!
— Сынок…
Отец попытался улыбнуться, но губы не слушались.
— Доктор, помогите! — обернулся Матвей. — Он просто устал! Ему нужно отдохнуть!
Доктор подошёл ближе, опустился рядом, тяжело дыша.
— Мальчик, слушай меня. Мы не можем ждать. Если задержимся, замёрзнем все.
— Тогда я останусь! — выкрикнул Матвей. — Вы идите, а я останусь с ним!
— Сын, — хрипло сказал отец. — Ты должен дойти. Понял?
— Но ты же… Ты потом догонишь?
— Конечно, — тихо ответил доктор, глядя куда-то мимо. — Он нагонит нас, когда отдохнёт.
— Врёте вы! — прошептал Матвей. — Я знаю…
Отец протянул руку, коснулся его щеки.
— Не оборачивайся, сынок. Слышишь? Не смей оборачиваться.
Мальчик всхлипнул. Уткнулся лицом в рукав отца и не мог заставить себя отпустить его.
— Иди, сынок, — едва слышно повторил тот. — Пока не стемнело.
Доктор осторожно взял мальчика за плечи и потянул.
— Пошли, парень, — сказал он, стараясь не смотреть назад. — Он нас догонит, правда.
— Вы же сказали, что он нагонит… — всхлипывал Матвей. — Он правда нас нагонит?
Доктор не ответил. Только снег под ногами продолжал скрипеть.
Он остался лежать в снегу у обочины, и Матвей, оглянувшись, видел лишь темный, неподвижный силуэт на фоне бесконечной белой равнины. Теперь он был абсолютно один.
В конце концов, их осталось трое: сам Матвей, молчаливый доктор и тётя Марина, которая еще в бункере потеряла свою новорожденную дочь. Они брели, почти не чувствуя ног, цепляясь за жизнь по инерции. И вот, спустя бессчетное количество дней, впереди, в долине, они увидели деревню. И самое главное, тонкую струйку дыма, поднимавшуюся из трубы одного из домов.
Навстречу им, с осторожностью, вышли люди с ружьями. Они не стреляли, а лишь внимательно, с подозрением, разглядывали троих изможденных путников, возникших из ниоткуда. Это был конец их пути. И, возможно, начало чего-то нового. Кто знает.