Страница 65 из 112
Оценивая игроков в P3, Маркус порой наблюдает, как игроки двигаются неестественным образом, который никогда бы не развился у них, если бы они росли босиком или в совершенно другой обуви. «Когда парни выполняют скольжение в нашем центре, – говорит Маркус, – они топают по своей обуви в момент смены направления. Они относятся к ней как к большому уступу». В наши представления о баскетбольных кроссовках укоренена мысль, что стопа должна приземляться на мягкую платформу, после чего, говорит Маркус, «ты пытаешься понять, как удержать стопу прикрепленной к этой платформе». Но что, если, спрашивает он, «сделать такую обувь, которая в большей степени бы обертывала стопу»? Двигались бы тогда баскетболисты как балетные танцоры? Маркусу интересно, стали бы баскетболисты тогда приземляться, резко смещаться и прыгать так, чтобы «их стопа работала, как и должна работать стопа»?
Трент Ривз – специалист по биомеханике, а не дизайнер обуви, но он год проработал в одной крупной обувной компании и участвовал во многих встречах P3 с представителями других обувных фирм. «Мой опыт в обувной индустрии показал, что [они проектируют обувь] как бы задом наперед», – говорит Трент. Если у обувной компании есть какая-то технология, которая хорошо продается, говорит он, главной задачей становится задействование ее, а не поиск ответа на вопрос о том, как обувь может, скажем, предотвратить заваливание лодыжек внутрь.
Идеалом для P3 было бы, чтобы обувные компании начинали разработки с какой-либо цели, связанной с повышением производительности или предотвращением травм. Эрик уже покопался в данных на серверах P3. «Это буквально плоды, которые можно подобрать с земли, – говорит Эрик. – Если бы они хотели заняться этим всерьез, можно было бы многое сделать».
Должны ли разные люди иметь разную обувь? Маркус указывает, что есть специальные кроссовки для защитников и для высоких центровых, но это у мужчин, для женщин же нет ни одной баскетбольной модели, разработанной специально для них. «Женская обувь, – говорит он, – это просто уменьшенные мужские кроссовки». Самая популярная модель в WNBA – именная модель Кайри Ирвинга. Какой, интересно мне, Маркус делал бы обувь для женщин? «Это, – говорит Маркус, – то, что нам нужно выяснить!»
«В какой-то момент, – добавляет Эрик, – сильнейшим спортсменам мира будет очень полезно обуться в кроссовки, которые действительно им подходят». P3 уже сортирует атлетов по категориям, которые выявляются при изучении двигательных паттернов, производительности и риска травм. В P3 не удивятся, если правильным ответом окажутся кроссовки, разработанные не для защитников, центровых или баскетболисток WNBA, а для тех, кто приземляется на носки, тех, кто приземляется с переложением, или тех, кто подворачивает стопы при приземлении.
Одна модель обуви для всех кажется Маркусу концепцией, которая давно устарела. Исследователи рака груди уже десятилетиями видят, что выживаемость пациенток резко улучшается, если углубляться в особенности каждого случая – HER2, гормончувствительный, – существуют десятки разновидностей, предполагающих совершенно разные терапии. Изучение всех онкологических пациентов единым, монолитным целым, скрыло бы самые эффективные методы лечения от исследователей. Маркус предполагает, что то же самое подтвердится и в отношении спортивной обуви. «Эта старая аналитическая модель, которая у нас есть – просто агрегировать данные и смотреть на общий эффект, – упускает столько сигналов, – говорит он. – Это верно и в отношении разработки лекарств, и хирургических вмешательств, и исследований бедности в странах. Так что да, без сомнения, есть люди, которым бегать в минималистичной обуви будет гораздо опаснее. Им нужно то, что может предоставить амортизированная обувь с боковой стабилизацией. Они, по сути, нуждаются в помощи».
В 2017 году крупные обувные компании объявили, что будут проводить сканирования стоп и создавать индивидуальную обувь для бегунов на «быстрых фабриках». Но довольно скоро, говорит Маркус, «они поняли, что не знают, какие вопросы задавать, чтобы изготовить подходящую тебе обувь. Кроме как запросить 3D-скан твоей стопы». Снова возвращаемся к проблеме статичного сканирования против исследования в движении. Роботы, возможно, смогли бы решить относительно простую проблему изготовления обуви, но они не могут разгадать замысловатые нюансы человеческого движения.
«А что у вас за система? В чем вам нужна помощь? Ну знаете, интересно просто, как они собираются оптимизировать конкретно вас, чтобы снизить риск травмы? – задается вопросами Маркус. – Я был супервзволнован, когда узнал, а потом понял, что у них… была технология, чтобы построить такую обувь, но с точки зрения знаний, нужных для того, чтобы понимать, что строить, они были далеки от цели».
Тем временем у баскетболистов не такой уж большой выбор. Трент – звезда выигравшей чемпионат местной любительской лиги команды P3. Я спрашиваю его, в чем он играет. «Я играю в „Дэллис“». (А вы знали, что у Мэтью Деллаведовы, много лет выступавшего в NBA ролевиком, имеется именная модель обуви?) Я спросил почему. «Потому что он очень крутой парень, – говорит Трент. – Потому что он приходил к нам, и мы его тренировали какое-то время, и он был достаточно любезен, чтобы отдать нам несколько пар бесплатно. И я получил его версию кроссовок Santa Clara. Но да, забавно: когда я играю в баскетбол и надеваю пару баскетбольных кроссовок, мой научный мозг как бы немного отключается, и я такой: „Да эти вроде хорошо сидят. Буду играть в них“».