Страница 6 из 112
. Для того чтобы осознать громадный деструктивный потенциал, который несет попытка поймать падающего бизона, диплом гарвардской медицинской школы не нужен. В каждой волейбольной или баскетбольной игре случается бесчисленное количество жестких приземлений.
Появляется искушение избегать их: снизить высоту прыжков, чтобы сократить силовое воздействие приземления. Смягчать все более мягкой, плюшевой обувью. Или вообще перестать прыгать. Этот страх имеет смысл. Солдаты защищают себя от баллистических снарядов кевларом. Но для P3 существует значительная разница между пулями, которые люди в процессе эволюции еще не научились поглощать, и воздействием сил при приземлении, поглощать которые мы умеем.
Блистательная физиология человека содержит крепкую систему управления и контроля баллистических сил: три уровня крепких суставов – лодыжки, колени и бедра – каждый со своей амплитудой движения, тормозной силой и сложной поддерживающей мускулатурой. При симфонической синхронности пара хорошо натренированных ног может спокойно справиться практически с любым приземлением. Более того, в случае лучших мастеров этого дела воздействие мощных сил при приземлении даже
полезно
: их ноги сохраняют энергию в мышцах, как в эластичных лентах, и транслируют их в следующее движение.
Проблема не в приземлении, а в
технике
приземления. Даже у профессиональных спортсменов проявляются несуразности в движениях.
По мнению Маркуса, лучшим баскетболистом мира сейчас должен был бы быть Зайон Уильямсон. Когда Зайон прыгает, он отталкивается от земли с такой силой, которая не наблюдалась ни у одного другого человека в истории. (Именно Зайон является рекордсменом в табели о рангах P3.) Имея габариты и массу лайнбекера NFL, Зайон отличается поистине выдающейся баллистикой. «Ему не нужно ничего рассказывать вам,– говорит Маркус.– Он просто показывает. Это лучше любого языка. Поскольку более точно». Зайон
умеет двигаться
.
Но Зайон толком не поиграл в NBA. P3 несколько раз оценивала состояние Зайона, но никогда не тренировала его. Маркуса мучает бессонница из-за Зайона. Тела способны многое выдержать, но стоит всего раз приземлиться под неправильным углом, и башня суставов ваших ног легко может стать Пизанской. Ньютоновы силы, которые не всколыхнут квадрицепсы или ягодичные мышцы, могут по ошибке уйти в сухожилия, в мениск или маленькую кость в стопе – Зайон травмировал их все.
Биомеханики в P3 изучают, какая часть стопы касается поверхности первой, как ведут себя бедра и вращаются ли длинные кости ноги. Они наблюдают за спортсменом, чтобы понять, уходят ли его бедра при спрыгивании с коробки, под каким углом находятся голени, когда лодыжки сгибаются в нижней точке прыжка и какое воздействие проходит сквозь левую ногу по сравнению с правой. Данные, полученные в ходе оценок такого рода, не просто подсвечивают уязвимые суставы, они также служат персонализированным пособием по снижению риска конкретной травмы в человеческом теле.
Возьмем, к примеру, разрывы ПКС. На взгляд радиологов и хирургов, разрыв ПКС – это трагедия, разворачивающаяся на сцене шириной в каких-то пять миллиметров. Исследователи опубликовали множество работ о травмах, связанных с размерами связки, с качеством ее ткани и с шириной небольшого канала внутри колена, где она живет. Взгляд P3 на разрывы ПКС значительно шире. ПКС сами по себе действительно находятся во внутренней части колена, но движения, обрекающие эту ткань на страдания, почти всегда происходят в смежных суставах: выше, в бедре, а также ниже, в стопе и лодыжке.
Коленям не повезло: они застряли посередине и приняли на себя все тяготы.
P3 обнаружила, что можно в значительной степени предотвратить разрывы ПКС, происходящие без какого-либо контакта, посредством укрепления мышц нижней части ноги, а также приземления с поднятыми вверх пальцами ног. Кроме того, помогает укрепление бедер – их силе и мобильности особенно способствуют прыжковые, плиометрические упражнения.
Когда в сердце появляются проблемы с артериальным кровотоком, решением будет не перестать пользоваться сердцем вообще; а заставить кровь активнее циркулировать. То же самое верно и в отношении баллистических движений. Проведя осторожную и тщательную подготовку, учтя физические ограничения отдельно взятого тела, P3 побуждает своих клиентов выполнять прыжковые упражнения практически на каждой тренировке, начиная от скачков вперед-назад через конусы и далее наращивая интенсивность – пока тренировки не дойдут до уровня самых агрессивных прыжковых тренировок, какие только есть в спорте. Все это преследует одну цель – отточить навык правильного, качественного приземления. Ценность такой работы подтверждается скрупулезными исследованиями, которые проводятся вне P3. Они показывают, к примеру, что вмешательства в тренировочный процесс молодых спортсменок с целью обучения их правильной технике приземления, снижает вероятность травм ПКС на умопомрачительные 64 %.
Глубоко изучив, как двигается отдельно взятый спортсмен, сотрудники P3 из числа биомехаников и тренеров затем разрабатывают для него персонализированную тренировочную программу, формируемую из более чем тысячи различных движений в разнообразных комбинациях. Некоторые из наработок P3 включают упражнения, уделяющие внимание важнейшим, но, как правило, недооцененным мышцам вроде камбаловидной мышцы, средней ягодичной и поясничной. Кроме того, много говорится о новых разновидностях атлетической активности, такой как торможение, вращение и, что интересно, движение с удовольствием.