Страница 12 из 68
Глава 5. Секрет Джорджианы
Глава 5. Секрет Джорджианы
18 марта
Джорджиана пришла в комнату Элизабет после полуночи.
Она была босиком, в халате поверх ночной рубашки, с распущенными волосами и выражением человека, который наконец устал притворяться спокойным.
-Не спишь?
Элизабет отложила книгу.
-Теперь нет.
Джорджиана закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.
-Мне нужно тебе кое-что сказать.
-Мужчина у изгороди?
Кузина замерла.
-Ты видела?
-Я не слепая.
-Мама не заметила?
-Твоя мама осталась дома.
Джорджиана прикрыла лицо ладонями. Элизабет откинула одеяло.
-Иди сюда.
Она села рядом на кровать. Несколько секунд Джорджиана молчала, потом выдохнула:
-Его зовут Генри Эшкомб. Капитан Генри Эшкомб. Мы познакомились прошлым летом у Кортни.
-Ты влюблена.
-Да.
Ответ прозвучал без колебаний. Это поразило Элизабет сильнее всего.
-Он сделал предложение?
-В январе.
Джорджиана сказала это едва слышно и тут же отвела глаза. При свете свечи ее обычная уверенность исчезла; на кровати рядом с Элизабет сидела уже не светская красавица, а испуганная девушка, которой впервые предстояло защищать собственный выбор.
-И?
-Мама сказала, что он младший сын баронета, живет одним жалованьем и не может обеспечить мне привычную жизнь.
-А ты что сказала?
Джорджиана сжала руки.
-Что привычная жизнь мне не нужна, если в ней не будет Генри.
-И поэтому леди Фенвик привезла тебя знакомиться с Эдвардом Бомонтом.
-Она уверена, что я переболею.
Элизабет вспомнила ужин, рассадку, разговоры о разумных партиях. Теперь тревога кузины обрела смысл.
-Генри приехал сюда за тобой?
-Он гостит у друга в Ньюбери. Мы знали, что сможем увидеться хотя бы раз.
При имени Генри лицо Джорджианы смягчилось. Элизабет заметила эту перемену и окончательно перестала относиться к тайной встрече как к мимолетному увлечению.
-Джорджиана.
-Я знаю.
-Нет, я не собираюсь читать нотации. Но если твоя мать узнает о тайных встречах, она увезет тебя в тот же день.
-Поэтому ты никому не скажешь.
Это было не вопросом. Элизабет взяла ее за руку.
-Не скажу.
-Даже лорду Бомонту?
-Особенно лорду Бомонту. Он наверняка составит таблицу достоинств Генри и вынесет решение к завтраку.
Джорджиана улыбнулась, но улыбка быстро исчезла.
-А если мама права?
-В чем именно?
-Что любовь проходит. Что через пять лет я буду считать каждую монету и ненавидеть Генри за то, что могла жить иначе.
Элизабет не ответила сразу. Вопрос плохо подходил для полуночного разговора, каким бы романтичным ни казался тайный капитан за изгородью.
-Может пройти, -сказала она наконец. -И деньги могут исчезнуть. И красивый дом может быть продан. И человек, которого считали надежным, может оказаться совсем другим. Никакая свадьба не дает страховки от несчастья.
-Очень утешительно.
-Зато честно.
Джорджиана подтянула колени к груди.
-Тогда как выбирать?
Огонек свечи дрогнул от сквозняка. Элизабет проследила, как тень качнулась по стене.
-Наверное, так, чтобы потом хотя бы знать: решение было твоим.
Кузина долго молчала.
-Ты бы смогла выйти замуж без любви?
Вопрос задел старую, давно закрытую дверь. Элизабет вспомнила мужчину с мягкими манерами, тяжелым перстнем и уверенностью, что бедная девушка должна быть благодарна уже за предложение.
-Смогла бы, -сказала она. -Люди способны на многое, если прижмет. Но не уверена, что простила бы себе этот выбор.
-Поэтому ты так сердишься на лорда Бомонта?
-Я на него не сержусь.
Джорджиана выразительно подняла брови.
-Хорошо. Сержусь. Но совсем не поэтому.
-А почему?
Элизабет потянулась за свечой.
-Спи.
-Лиззи.
-Если ты продолжишь, я начну поддерживать твою мать.
Джорджиана рассмеялась, но тревога из лица не ушла.
-Он тебе совсем не нравится?
-Не знаю.
Ответ удивил саму Элизабет. Еще вчера ей было легко назвать Эдварда надменным, холодным и невыносимым; теперь ни одно из этих слов не казалось вполне честным.
-Вчера ты говорила иначе.
-Вчера было проще.
Кузина посмотрела с подозрительным вниманием.
-Лиззи.
-Не начинай.
-Я ничего не сказала.
-У тебя лицо Розалинды.
-Это оскорбление?
-Предупреждение.
Джорджиана уже легла, но через минуту снова села.
-Поможешь написать Генри?
-Сейчас?
-Если я не напишу сейчас, утром струшу.
Элизабет вздохнула, зажгла вторую свечу и достала из секретера бумагу.
-Пиши сама.
-Я не умею писать ему, когда боюсь. Получается либо холоднее, чем я хочу, либо как роман в трех томах.
-Тогда начни с правды.
Джорджиана обмакнула перо. «Генри».
Остановилась.
-Дальше? -спросила Джорджиана, глядя на начатое письмо.
-Это твой будущий муж, не мой, -напомнила Элизабет.
-Пока не будущий.
-Тем более полезно потренироваться.
Они просидели над письмом около часа. Джорджиана пять раз переписывала первую страницу, потому что не хотела звучать ни слабой, ни безрассудной. В конце получилось просто: она не передумала, не собирается позволять матери выбрать ей другого мужа и просит Генри не делать ничего глупого без ее ведома.
-Последняя фраза лишняя, -сказала Элизабет.
-Почему?
-Потому что мужчина, влюбленный достаточно, чтобы тайно ехать через полграфства, прочтет ее как вызов.
Джорджиана наконец улыбнулась.
-Ты говоришь как человек с опытом.
-У меня богатый опыт чужих ошибок.
-А своих?
Элизабет подумала об Эдварде.
-Пока собираю.
Они легли поздно. Джорджиана уснула первой, свернувшись на краю кровати, как делала в детстве во время грозы. Элизабет еще долго смотрела в темноту.
Секрет Генри был не единственной причиной ее беспокойства.
Теперь она знала, что Эдвард Бомонт -не просто возможный жених, выбранный теткой. Он был мужчиной, которому Джорджиана могла причинить публичное унижение, даже не желая того. И если Розалинда продолжит толкать брата к браку, все станет сложнее.
Утром письмо пришлось передать через горничную, чей брат работал на почтовой станции в Ньюбери. Элизабет чувствовала себя сообщницей в весьма плохом плане.
После этого она спустилась к завтраку поздно. Большая часть семьи уже разошлась. За столом остался только Эдвард.