Страница 146 из 191
— Я люблю тебя, Майя, — произнёс я тихо. — Не знаю, как и когда это случилось, но я полюбил тебя так, как не имел права. Бесконечно, до донышка. И поверь, я бы никогда не стал тебя беспокоить подобными признаниями, если бы жизнь сложилась иначе. Но сейчас, когда у меня почти не осталось времени, я хочу, чтобы ты знала, — я тебя люблю. Так сильно, что не представлял такое возможным…
Ответа на своё признание я уже не услышал. Сознание окончательно заволокла тьма. Наверное, это к лучшему, ведь не мне надеяться на что-то после всего, что я натворил…
Майя
Всего три слова. Три таких пугающих и важных слова… Они разом лишили меня дара речи. Что можно ответить на подобное?
Он любит меня. Любит не как подругу, а как девушку. Скажи мне об этом кто угодно другой, я бы рассмеялась дураку в лицо. Но мне признался сам Риас. И он не в том положении, чтобы шутить или лгать. И что мне с этим делать? Что ответить?
О чём я вообще думаю! Мы находимся в смертельной ловушке, из которой нет выхода, Риас уже на грани, а я рассуждаю о подобных глупостях? Похоже, у меня проблемы с головой.
Когда я снова глянула на Риаса, внутри всё оборвалось. Он потерял сознание. Пока ещё дышал, слабо и поверхностно, но даже я понимала, насколько это всё зыбко.
Хотелось взвыть. Кричать, срывая голос. Как я без него? И дело даже не в том, где мы находимся, а в целом. Риас стал словно частью меня. Неотделимой. С самого первого дня нашего знакомства он был в моей жизни, её частью. Сначала палач и враг, потом самый близкий и единственный друг. Сейчас он тот, без кого я своего существования не мыслю. И от понимания, что в данный момент истекают последние мгновения его жизни, а я ничего не могу сделать, становилось совершенно невыносимо.
— Не умирай, Риас, — шептала я, — пожалуйста.
Ответа не было, он меня даже не слышал. А я задыхалась от слёз и понимания, что прямо сейчас он уходит навсегда. Никогда я больше не посмотрю в такие необычные изменчивые глаза, не услышу ставшего родным голоса, не поспорю с ним о ерунде и не почувствую безусловной поддержки во всех своих начинаниях.
Я ещё не знала столь сильного и пронзительного отчаяния. Даже сидя на каменном выступе в океане в самом начале свой жизни на Саморите. Тогда я ещё на что-то надеялась, а сейчас не осталось ничего. Ни шанса, ни надежды. Только горечь абсолютного поражения, смешанная с болью ужасающей потери и страхом грядущей смерти.
Затем в душе вспыхнула злость. На всё с нами случившееся, на неизвестного, раз за разом пытающегося нас уничтожить. На этот мир, который всё никак не желал меня принимать, и богов, его создавших.
— Эй, Боги Саморита! — закричала я в пустоту. — Вы выдернули меня из родного мира, швырнули сюда! Зачем-то же вы это сделали! Вы изначально не дали мне ничего, лишь потом капельку магии, но сейчас нам нужна помощь! Если я маг пространства, дайте мне эту силу, чтобы мы могли выбраться отсюда! Всё не может закончиться так! Дайте нам шанс выбраться! Вы слышите?! Ответьте!
Естественно, никто отвечать на мои истерические вопли в пространство не стал. Не распахнулись небесные врата и оттуда не вышли посланцы Богов, чтобы вывести нас отсюда. Не открылся нежданный портал. Ничего.
Уткнувшись лицом в грудь Риаса, я ревела, как никогда в жизни до этого. Он точно больше никуда не пойдёт, и я тоже. Не могу. Нет сил, ни физических, ни моральных. Просто не могу.
Внутри всё горело огнём, и этот жар нарастал, становясь совершенно невыносимым, мучительным пламенем распространялся по венам. А мне безумно хотелось, чтобы всё это закончилось. Хотелось снова оказаться на том острове, откуда начался наш путь на сушу. В невероятно красивой океанской бухточке, где мы купались, дурачились и были так беззаботно счастливы.
Боль всё росла и росла, ей не было конца и края. Понятия не имею, что со мной, но похоже, таков оказался мой конец. Кажется, я кричала. В какой-то момент мне показалось, что я слышу всплеск воды и ощущаю её ласковые объятия. Но ведь это лишь галлюцинации, порождённые агонизирующим сознанием.
Теперь я точно знаю, не каждая попаданка в магический мир живёт долго и счастливо. Далеко не каждая.