Страница 138 из 191
Глава 30, Чужой среди своих
Глава 30, Чужой среди своих
Элуриас
Рассказывать отцу о своём очередном провале совершенно не хотелось, да выбора не было. Я обязан был как минимум объяснить, почему я в таком вызывающем для руалса виде. Вот и сидел в кабинете отца, вцепившись в кресло, потому как смог лично оценить, насколько неудобно балансировать в воде без хвоста. Не так давно я размышлял, что нужно будет попробовать поплавать с ногами, чтобы понять: неужели это так сложно и с чего сухопутные такие неуклюжие? Вот и заставила жизнь, не спрашивая моего согласия. Могу сказать одно — это кошмар! Ноги вместо хвоста в воде — жуть как неудобно!
Ожидал, что отец, выслушав мой рассказ, выскажет много чего «приятного». И заслуженно, дразг возьми! А он только горестно вздохнул и произнёс:
— Догадывался, что все эти покушения неспроста. Кому нужна твоя пришлая, да и у тебя особых врагов нет, а вот как способ насолить мне… Не думал лишь, что враг уже даже не на пороге, а внутри моего дома.
Дальше ничего говорить он не стал, отослал прочь. Надо же, ждал выволочку, а всё прошло мирно. В остальном поводов для радости особо не было. Тат Повасин уже попробовал исцелить мои отметины и точно так же потерпел неудачу. После он подтвердил слова своего коллеги с суши, чем вогнал меня в глубокое уныние. Если быть откровенным, я всё равно глупо и наивно надеялся на чудо. Не случилось. И теперь я предпочитал сидеть в своих комнатах, чтобы не позориться ещё больше. Сын морского короля, а выгляжу как какой-то сухопутный!
Во всём этом море минусов был лишь один, но довольно объёмный плюс — Майя простила меня. А у меня и злиться на неё долго не получалось. Мы перешагнули безобразную ссору, лишь иногда ощущая слабые отголоски сказанных обидных слов, но всё меньше и меньше. Она была моим лучиком света в царстве уныния. Боюсь, без неё мне было бы совсем тошно.
— Ну что ты совсем раскис? — а вот самой Майе я казался слишком унылым.
— Да посмотри ты на меня! — произнёс тоскливо. — На кого я похож!
— На человека, — отказывалась она видеть проблему. — Я таким тебя кучу времени созерцала, и ничего.
— Только вот я не человек, — выдохнул безрадостно. — И дома мне хотелось бы быть собой, а не подобием. Да ещё завёрнутым в кучу тряпок!
Последний аспект немало раздражал. Это смотрелось нелепо и было крайне неудобно. Мокрая ткань лишь сковывала движения куда больше чем на суше и вызывала желание поскорее от неё избавиться. Только, боюсь, скинь я рубашку, и издёвки будут следовать за мной до конца жизни, а снятие штанов вовсе на аморалку тянет.
— Так сними их, — спокойно произнесла Майя.
— Всё снять? — не удержался я от ехидства.
А она смутилась! Это я ощутил весьма чётко.
— Ну не всё, — пошла она на попятную, — но рубашку тебе совсем не обязательно постоянно носить. Хотя бы когда находишься в своих комнатах.
Тут уже мне стало не по себе. Снять рубаху и сверкать похабщиной, которой девицы с суши щедро украсили моё тело? Знаю парней, что подобными отметинами гордятся и радостно их демонстрируют, а мне подобное всегда казалось чем-то дешёвым и пошлым. И плавать таким при Майе?!
— Что я там не видела, — фыркнула она, будто заглянув в мои мысли. — И вообще, насколько мне известно, тат Повасин просил царапины обрабатывать чаще и не раздражать их тканью без особой необходимости.
Да ради Богов! Если ей так хочется смотреть на это, пусть любуется. Расстегнув множество мелких пуговичек, скинул одежку и невольно задержал дыхание. Сколько ни повторяй себе — ерунда, раз хочет, пусть смотрит, — а всё равно страшно увидеть брезгливое отвращение на любимом лице.
— Не так и страшно, — вынесла вердикт Майя, внимательно меня осмотрев, обплыв по кругу. — Недавно всё это выглядело куда хуже. И если даже без магии такой эффект, то тат Повасин сто раз прав. А значит, давай ложись на живот, мазать тебя будем.
— Майя… — как объяснить, что мне слишком неловко от самой мысли?
— Или ты мне не доверяешь? — чуть сжала она губы.
Вместо ответа повиновался и растянулся на кровати, обняв подушку. Обработки гадких царапин я не любил. Не самые приятные ощущения. Но когда повреждённой спины коснулись ладони Майи, втирая лечебную мазь аккуратно и нежно, я чуть не замурлыкал на манер Мяусия.
— Не больно? — спросила Майя, обеспокоенно нагнувшись, чтобы заглянуть в лицо.
Стоило ощутить её так близко, вдохнуть неповторимый запах её волос, как по телу пронеслась волна жара, отдаваясь нескромной реакцией тела.
— Нет, — постарался я улыбнуться.
И точно знал, в ближайшие минуты ни за что не встану с кровати. Слишком уж человеческие тела предательски сдают своих владельцев. А Майе всё это совсем не нужно. И я не хочу заставлять её лишний раз нервничать. Только радовать, пусть и получается у меня это не очень.
Майя
Наблюдать за Риасом, который пытался в человеческом обличии плавать так, как он привык, было забавно. Правда, он быстро понял свою ошибку и больше не пытался. В остальном… вроде бы, можно выдохнуть, а тревожно. Ведь моё кольцо-артефакт подменили именно здесь, в Ореаниде. А значит, тот, кто желает нам зла, совсем рядом.
Совсем жутко мне стало, когда Риас сообщил мне о результатах исследования напитка, который я чуть не выпила в Разнаде. Спасибо Анорасу, он не растерялся в тот момент и потребовал у хозяина завернуть чашку в непроницаемую упаковку. Именно поэтому я теперь знала, чем мне грозил «безобидный» травяной отвар. Страшный яд, который приводит к полному параличу всего тела ниже шеи. Помочь жертве можно только в первые десять минут, после последствия необратимы. Меня долго трясло от понимания, от какой участи Риас спас меня на сплошном наитии. Кем бы ни был наш враг, но участь он мне уготовил страшнее смерти.
Неизвестный был жесток и изобретателен. Даже подмешанные Риасу зелья преследовали две цели: сделать его беспомощным и задеть посильнее. Похоже, этот некто знал, как Риас относится к межрасовым связям, и поэтому уложил его в постель с двумя девицами суши. Причём сделал всё так, чтобы сомнений у Риаса не осталось. Ну а потом он должен был наблюдать за моей агонией, не в силах сделать хоть что-то.
Наш враг даже заранее вызнал, что у того же Анораса нет ни искры целительской магии. Непонятно, как он так подгадал момент, чтобы опоить Риаса, в остальном всё было просто, но гениально в своей жестокости. Если бы план удался, я бы сейчас мечтала о смерти, а Риас медленно сходил бы с ума, теряя волю и смысл жизни из-за проклятия.