Страница 101 из 191
Упомянутый Дайрос едва ли уже что понимал от боли и просто дрейфовал на поверхности, окрашивая воду своей гнилой кровью. А тот, кто заметил ранение товарища, достал из-за спины гарпун и, прицелившись, бросил. Ожидаемо промахнулся, потому как Ро не безмозглая тварь, а боевой дарим, обученный уклоняться от атак. Ро зашел на новый круг для атаки, выжидая момент. Я же предпочел сосредоточиться на своём противнике.
Осознав, что доспех стал совершенно бесполезным, он отбросил его в сторону и достал натуральный мясницкий тесак. С рёвом, полным ярости, топорно бросился в атаку. Уклонился. Тут на помощь ему поспешил приятель, бездарно потерявший свой гарпун, и мне пришлось уйти вниз, чтобы не напороться на лезвие его ножа. Извернувшись, полоснул по хвостовому плавнику, кого именно, сам не знаю. Кровавая муть выплеснулась в воду, значительно ухудшая обзор и мешая дышать.
То, что я допустил ошибку, упустив из поля зрения последнего отречённого, понял в момент, когда он атаковал, подкравшись со спины. В последний миг, на одном наитии мне удаётся слегка уклониться, и удар приходится в бок, а не в спину.
Боль на миг ослепила, и если бы не Ро, который в этот момент подоспел на помощь, я бы потерпел поражение, заплатив за свою ошибку жизнью. Ро вгрызся подонку, ранившему меня, в шею, обрывая его никчёмную жизнь. Но расслабляться было рано, оставалось ещё двое.
Они пытались расплыться в разные стороны, чтобы я не мог следить за обоими разом, и мне пришлось сместиться к скале. Первым атаковал «гарпунщик». Подался в сторону, уходя от лезвия ножа, но тело из-за ранения стало куда менее поворотливым, и я получил неприятный порез на плече, но вбитые часами упорных тренировок навыки не подвели. Кинжал мягко чиркнул по горлу отречённого, отправляя того в небытие. Остался последний. Главарь.
К моему разочарованию, он больше не спешил атаковать в лоб. Поняв, что лёгкой добычей я не стану, он начал осторожничать.
— Забирай своего зверя, девку, и убирайтесь отсюда, — заговорил он внезапно.
— И оставить тебе, падаль, жизнь? — усмехнулся я зло. — Ну нет.
Мы опустились к самому дну и примерились друг к другу. Ро, повинуясь моему жесту, плавал неподалёку, но не нападал. Этого урода я должен прикончить сам.
У него первого кончилось терпение, и он решился атаковать. Увы, сражался он лучше, чем мне хотелось бы. Умело уклонялся от моих атак, виртуозно нападал. Пару раз лезвие его тесака оказывалось в опасной близости от моего тела. Спустя несколько минут ожесточённой схватки мне удалось ранить его в руку. Он на мгновение отвлекся, и это стало его главной, фатальной ошибкой. Лезвие кинжала легко вошло в его живот. Замерев, отреченный неверяще посмотрел на свой живот, не давая твари опомниться, дёрнул руку вверх, вспарывая ему брюхо, как рыбине. Тут же резко отплыл назад, потому что кровь и дерьмо из его живота — не та субстанция, с которой хочется соприкасаться.
Накатила жуткая усталость. Раны, на которые старался не обращать внимания во время сражения, начали гореть огнём. Хотелось просто лечь на дно и не шевелиться. Но нельзя. Нужно добить отречённого и успокоить Майю. Судя по моим ощущениям, её истерика ничуть не утихла.
От необходимости марать руки, добивая подонка, меня избавил Ро. Я же направился к Майе. Она всё так же сидела, зажав уши руками и раскачиваясь в стороны. Бормотала что-то себе под нос, но слов разобрать не мог. Из-за усталости и ранений перевоплощение в двуногую ипостась далось особенно тяжело. С трудом выбравшись из воды, перевёл дыхание. Подобравшись к Майе, дотронулся до её плеча.
— Майя.
В ответ меня оглушил пронзительный визг.
— Майя, это я.
Но она меня не слышала. В слепой панике она начала махать руками и ногами, отбиваясь от любых прикосновений. В один момент я неудачно подставился, и удар её ноги пришелся мне в живот. Бок мгновенно вспыхнул ослепительной болью.
— Майя!
Увы, толку с моих воззваний не было никакого. В её эмоциях я ощущал только слепую панику без проблеска осознанности. Она с головой нырнула в свой кошмар, и я уже начал всерьёз опасаться за её рассудок. Просто не знал, не понимал, как до неё достучаться, как вернуть её в реальность.
Пришедшая на ум идея отдавала форменным безумием в сложившейся ситуации, но я надеялся на лучшее. Вряд ли насильники разменивались на нежности. Потому, уловив момент, обхватил её лицо руками и прижался губами к её губам. Метка клятвы вспыхнула огнём, доставляя новые муки. Но Майя замерла, несколько секунд не шевелилась и, кажется, даже не дышала. Затем яростно отталкнула меня, а в следующий момент меня оглушила пощёчина. Удар такой силы, что поплыло в глазах, и в ушах стоял звон.
Ну что за девушка? Зачем же сразу по лицу бить?!
— Сдурел, кретин?! — закричала Майя. — Ты что себе позволяешь? А как же твоя клятва, или это всё было представлением для наивной дуры?
— Зато ты наконец пришла в себя, — отзвался я, мотая головой. — Иначе тебя было никак не дозваться. А клятва самая что ни на есть настоящая.
Показал ей ладонь с пылающей воспалённой меткой. Не остановись я, она бы продолжила разгораться, а боль начала бы распространяться по всему телу. А пока она равномерно горела, наказывая за нарушение клятвы.
— Ой, — посмотрела Майя на мою руку расширившимися заплаканными глазами. — Ладно. Верю. И да, я не против такого способа.
Её слова погасили сияние метки, принеся облегчение.
— И всё же, другого варианта найти не мог? — пробурчала Майя недовольно.
— Нет, — качаю я головой. — Не бить же тебя. Да и ты в таком состоянии могла воспринять это за нападение врага.
Она растерянно пожала плечами, потом её лицо снова закаменело от ужаса.
— А они… они… — произнесла она едва слышно.
— Мертвы, — объявил я. — Больше они тебя не тронут. Как и кого-либо другого. Так что успокаивайся давай. Всё позади.
— Ты ранен! — ахает Майя.
— Ерунда, — отвечаю я. — Царапины.
Соврал. Ранение в бок меня весьма беспокоило, но не стоило говорить об этом Майе. Она и так была не в себе, чтобы пугать её ещё больше.
— Давай продолжим путь домой, — предложил я устало.
Ро покорно подставил спину. Неловко забрался в седло, потом усадил перед собой Майю. Пусть слепая паника и схлынула, но до спокойствия ей было очень далеко. Её трясло крупной дрожью, она едва слышно всхлипывала. Одним богам известно, сколь сильно скажется на ней это проклятое столкновение с кошмаром прошлого и как скоро она от него оправится. Если это вообще возможно.