Страница 100 из 191
Глава 22, Ошибки и их последствия
Глава 22, Ошибки и их последствия
Элуриас
Решение сплавать на любимый остров Лема было спонтанным. И несмотря на страх Майи по пути туда, время мы провели здорово. Место было необычайно красивое. Умиротворяло. То, что нужно после столкновения с Асморианой.
Очередной рассказ Майи про её мир поверг в изумление. Моего воображения просто не хватало, чтобы представить всё то, о чём она говорила. Летающие по воздуху машины из железа… Машины, способные вообще покинуть планету, долететь до других планет. Бороздить пространство, называемое космосом. Это что-то… сверх моего понимания. При этом я чувствовал — Майя ни словом не лжёт. Какой странный у неё мир… Нет никаких рас, кроме людей. Нет магии. Но полно технических чудес. Жаль, мне всего этого никогда не увидеть. Да и Майе туда не вернуться. И судя по тоске, которую чувствовал почти как свою собственную, она это прекрасно понимала.
Время пролетело совершенно незаметно, настал момент возвращаться домой. Всё было прекрасно, Майя почти перестала бояться, как в момент она вся закаменела. Вот только была спокойна и расслаблена, как в следующий миг мне начало казаться, будто держу в руках статую, а не живую девушку. Понятия не имею, что творилось в её голове, но я отчётливо ощущал странное смущение и неловкость. Чего она опять там себе надумала? Пробовал выспросить, но она и не подумала делиться. Ладно, доберёмся до дома, и уже там попробую её разговорить.
Приближение отречённых накатило волной. Пришло чёткое понимание — мы движемся прямиком к ним. Ни уйти, ни разминуться не выйдет. Более того, они нас тоже почувствовали и спешат свести знакомство. На Майю само слово «отречённые» подействовало катастрофически. Её тут же захлестнула истерика. Окончательно добило её нервную систему то, что по злой случайности скальный выступ, на который её высадил, чтобы освободить себе руки для грядущего сражения, оказался тем самым. Я даже не сразу понял, о чём она, а как дошло, и сам признал — да, именно сюда я когда-то выкинул её, требуя съесть ягоды бонлиса. Здесь её нашли отречённые. Здесь она едва не погибла от обезвоживания и солнечных ожогов. И ошибки быть не может. Вон за тот выступ я держался, повторяя ей «ешь».
У судьбы крайне скверное чувство юмора. Из всех подобных выступов, коих на данном участке воды хватало, нас занесло именно на тот самый. Роковой.
Но стоило Майе увидеть отречённых, что плыли по поверхности, как адекватности в ней не осталось ни капли. Сплошная животная паника и бесконечное отчаяние, что я ощущал так погано остро и что мешали сосредоточиться. Грозили подчинить себе и не давали настроиться. Просьбу успокоиться она, как подозреваю, даже не слышала.
По той же злой иронии не только скальный выступ был тот самый, но и отречённые, похоже, тоже. Осознание данного факта плеснуло по нервам яростью. Я отчётливо понимал, что сам тогда оставил Майю им на растерзание и даже предполагал, чем всё может для неё обернуться… И всё равно сейчас меня душила ненависть к ним. И к себе. Холодная, кристально чистая злость помогла отстраниться от чувств Майи. Вовремя. Ведь я и Ро — всё, что отделяло их от неё. Понимал, силы не равны, но сдаваться или бежать не собирался. Они отречённые, изгнанники. Твари, которым не нашлось место в нашем обществе за их деяния. А я всё же сын короля, и сражаться меня учили на совесть. А вот в их боевых навыках сильно сомневаюсь. Они привыкли нападать толпой на беззащитных. Сегодня они знатно просчитались.
Интересно, за что их изгнали? Судя по тому, что пришлось пережить Майе, не за насилие. Насильников перед изгнанием кастрируют. Впрочем, плевать. Сегодня я окончательно очищу океан от этих тварей. Щадить в мои намерения не входило.
— Смотрите-ка, — заговорил отречённый с поразительно уродливой мордой, — у нас сегодня праздник, парни. Мы королевского сынка поймали, да не одного.
— Ты уверен? — спросил его смазливый типчик.
— Более чем, — последовал ответ. — Я отлично помню рожи королевской семейки Ореаниды.
— Да девка же та самая! — опознал Майю какой-то блеклый серый отречённый. — С которой не так давно позабавились.
— А ведь правда, — расплылся в улыбке лидер, демонстрируя жёлтые гнилые зубы. — Похоже, ей так понравилось, что решила вернуться в надежде на повторение. Ну что ж, кто мы такие, чтобы отказывать даме? Только сынка королевского уберём и сразу ублажим красотку.
Слушал их мерзкие планы и кипел от бешенства, но внешне оставался невозмутим. Смотрел на их рожи и дивился, как природа могла создать такого уродливого руалса, как этот главарь. Руалсы считаются довольно смазливой расой. Не как эльфы, конечно, но, тем не менее, в мире большинство считает нас красивыми. И в основном так и есть. Почти все, кого я знаю, отличаются утончёнными чертами лица. Разве что некоторые отъедаются до неприличных размеров, где уже эти черты толком не рассмотреть, но это уже другой разговор. От природы мы довольно привлекательны. Так как же вышло, что на свет появилось такое уродище? Да ещё и к Майе посмел лезть. Неудивительно, что она и слышать больше ничего не хочет про отношения с мужчинами. После близости с подобным партнёром даже Асмориана объявила бы полный целибат. Хотя… не уверен. Да и будь эти мрази все писанными красавцами, насилие есть насилие, и менее травматичным для души оно не становится, как бы не выглядел насильник.
— Эй, высочество, чего молчишь? — обратился ко мне главарь. — Или онемел от страха?
— Зачем тратить слова на покойников? — улыбнулся я холодно этой падали.
Больше ждать и слушать всякую мерзость мне не хотелось. Тело уже приняло боевую форму: чешуя и плавник стали острыми, трансформировались зубы, уплотнилась кожа. Кинжал из бианской стали удобно лёг в руку, и я остро пожалел, что не захватил ещё один. Но кто ж знал, что мне предстоит сражаться!
Скользнул вбок и обманным движением полоснул по туловищу главаря. Кривой доспех, который он на себя напялил, кинжал разрезал без малейших усилий.
— Тварь! — взревел он.
Ро, умничка, тем временем атаковал смазливого типчика, зубами вырывая кусок мяса из незащищённого хвоста. Один готов. Нужно только добить будет.
Я не соврал Майе, Ро — добрейшее существо. Но сражаться обучен идеально. И сейчас он был отличным помощником в борьбе с тварями.
— Дайрос! — восклицает тип вполне обычной для руалса внешности, то есть довольно смазливый.