Страница 34 из 101
Однако Мориан был другого мнения. Он категорически запретил кому-либо говорить об этом. Я молча продолжила свою работу. Намазала ему руки, наложила обеззараживающее заклинание и забинтовала. Молча проверила, не кровоточит ли рана на спине. Молча следила, как парень собирается. Он не захотел оставаться в лазарете. Не сдержалась, когда проводила его до двери:
– Это нельзя так оставлять, – заявила ему в спину.
Демон остановился. Плавно-угрожающе повернулся ко мне, его оранжевые глаза блеснули в темноте:
– Лиарс, не лезь в не в своё дело, поняла? – грозно рыкнул он. Татуировка покрывалась пламенем.
Ох, до чего упрямый! Он что, думает, что ему не поверят? Конечно, ведь раньше никто не заступался. Ему всегда приходилось одному защищаться ото всех. Я сделала вид, что испугалась и отступила. На мгновение я увидела промелькнувшие в глазах парня разочарование. Он быстро отвернулся и скрылся в ночном коридоре. Пожалел, что накричал на меня?
Прости, Мориан, но я этого так не оставлю!
Мориан
Ночь прошла отвратительно. Я не мог спать на левом боку, а, как назло, жаждал повернуться именно на эту сторону. Всё тело ныло, а плечо болело. Когда пришло время вставать, откровенно хотел прогулять пару. Потом вспомнил, что сегодня её замещает куратор, и с кряхтением встал. Принял холодный душ. Еле надел новую рубашку, чуть не порвал, потому что рука не хотела пролезать и отдавала резкой болью в плечо. Следом натянул пиджак. Прошёлся мимо зеркала, отметил, что бровь и губа быстро зажили. Целительница хорошо постаралась.
Камилия. От звука её имени у меня огонь разгорался внутри. Он не обжигал меня, как гнев, не губил, как ярость, не вызывал жажду убивать, но нежно согревал. Рядом с ней я не мог долго злиться. Одним присутствием она успокаивала меня. Я видел её чувства. Она была искренней со мной, не лицемерила, не обольщала, не искала выгоду, а просто переживала. Доверила тайну. Мне? Мне кто-то доверил тайну! Это настолько поразило, что до сих пор не верилось. Может, это всё сон? Обман?
Что-то сказала о двух заговорщиках. Глупышка. Я знал, что за мной ведётся охота внутри академии, но не хватало еще, чтобы она влезла в это дело. Приспешники ордена везде, и они с удовольствием уничтожат все, чтобы ослабить меня или навредить. А ещё лучше – сделать так, чтобы я разозлился и начал убивать.
Открыл дверь. Утро тоже отвратительное. Холодное, пасмурное, дождливое. Я накинул плащ. Добежав до здания, скинул капюшон и высушил себя. Ботинки вытер о тряпку, которую положили у входа. Курсанты уже сидели в аудитории, до начала урока оставалась пара минут. Я практически дошёл до двери в класс, когда меня остановил подошедший куратор.
– Тебя зовёт ректор, – сообщил мне Осин Ронмальт.
– Зачем? – тут же нахмурился я. Неужели эти трусы пожаловались ректору? Сами себе могилу роют, что ли?
– Узнаешь, – коротко и сухо ответил куратор. Он всегда был немного холодным и безэмоциональным. – От пары освобождён.
Очень интересно. Значит, разговор будет долгим и вряд ли приятным. Цокнул и пошёл дальше в сторону административного крыла. За мной хлопнула дверь в аудиторию.
Интересно, она заметит, что меня нет? Что почувствует?
* * *
– Исключите? – не поверил словам ректора.
– Уже, – поморщился он, указав на папку, которую подписывал. – У меня нет выбора. Много свидетелей, чтобы простить его. Как глава академии я не могу спускать грубые нарушения правил, а групповое нападение на курсанта – это, сам понимаешь…
– В прошлый раз обошлось, – напомнил ему.
– Вот именно, – с нажимом выделил он.
Ваинкард нервно откинул ручку, откинулся на спинку кресла и устало потёр глаза. Помню, как он жаловался, что после долгой писанины у него словно песок в глазах.
– Свидетели, Мориан, свидетели. Они не нужны ни нам, ни им. За девочкой начнут приглядывать. Хорошо, если спишут на единичный случай, но я не верю в такие чудеса, как случайность. Если бы курсантка Лиарс пришла ко мне не во время совещания, я бы её успокоил, а так, – ректор махнул рукой. Мог не продолжать. Она подставилась под удар.
Я сжал кулаки. Предупреждал же, чтобы не лезла не в своё дело.
– Кто был в кабинете? – спросил я.
– Все кураторы, несколько преподавателей и командир гарнизона. Вам на практику скоро, если не забыл.
– Не забыл, – чересчур резко поднялся со стула. Меня одолевал гнев. Найду эту девчонку и… отлуплю.
– Мор, без глупостей, – строго предупредил ректор в спину. – Девочка ни в чём не виновата. Она не знает правил нашей игры. Меня очень удивил тот факт, что Лиарс прибежала выгораживать тебя. Такое впервые.
– Угу, – буркнул я и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
Камилия
Заболевшего преподавателя по военной истории заменил куратор. Когда он вошёл, я всё ждала, когда появится Мориан. Пройдёт своей быстрой, гибкой походкой, бесшумно взлетит по лестнице и сядет на привычное место. Группа если и заметила его отсутствие, то значения не придала. Может он в лазарете? Швы разошлись? Я вроде хорошо закрепила. Наверное, действие обезболивающего прошло, и он отправился за новым.
– Ками, ты сделала алхимию? – влез в мои переживания голос светловолосого парня, когда прозвенел звонок и мы вышли из аудитории.
– Чариз, ты что, не мог расписать применение живого огня на воде? – покачала головой. Ох, лентяй.
– Ты лучше спроси, откуда я его вчера достала! – рядом возмутилась Лисса.
– Из постели очередной девицы? – равнодушно бросила я, высматривая в коридорах белую макушку.
– Если бы! – воскликнула она, возмутившись. – Они с Гарретом и Эрнестом откуда-то достали бутылку вина.
– Лиссочка, не кричи, у меня голова раскалывается, аж в глазах темнеет, – Чариз применил запрещённую технику и повис на ней.
Теперь я понимала возмущение старосты: за распитие алкогольных напитков тут исключить могли. Неудивительно, что она так раздражена поведением своего помощника. По правилам его вообще полагается сдать куратору. Не просто разрываться между друзьями и долгом. По дороге на следующую пару по алхимии мы всем курсом растянулись по коридору. Эта лекция была общей, а потом на ней останутся алхимики.
– Лиарс! – прокатился по коридору яростный рык.
Мы синхронно остановились. В моём направлении шёл, чуть не полыхая, Мориан. Курсанты еле успевали отскочить, со страхом глядя ему вслед. А я стояла, как вкопанная, не знала, куда себя девать. Чем вызвала его злость? Что сделала не так?