Страница 212 из 233
Запинаюсь и, еле удержав равновесие, настороженно оглядываюсь. Где я? Окружающая действительность кардинально сменяется. Какие-то руины.. Невысокие, песочно-глиняные. В лицо бьет сильный, мерзкий ветер. Морщусь от хлестких порывов, но продолжаю бежать.
Угрюмость небес, бескрайная пасмурность, бесконечный город-призрак. Лавирую между обрушенными стенами и на миг застываю, вслушиваюсь в тихий женский напев. Слов не разбираю, но мелодия ласковая, протяжная, очень похожая на колыбельную.
Иду на голос. Ступаю осторожно, чтобы, не дай бог, не спугнуть певицу. Огибаю очередной завал и замираю напротив Ивакиной. Она, прислонившись к глиняной стене и обхватив плечи руками, сидит на земле. Покачивается в такт мотиву, который сама же напевает. Взгляд отчужденный, на лице ни эмоции. Переминаюсь с ноги на ногу, но Витка меня будто не видит. Игнорирует?..
Вновь закипаю от негодования, но старательно усмиряю злость.
— Вит, не убегай, — чуть слышно нарушаю молчание. Шагаю ближе, и тотчас застываю под прицелом ледяных глаз. — Знаю, обидел.. — суматошно придумываю, что сказать дальше. — Не горячись, дай объяснить, — снова осекаюсь. — Когда говорил: ты не нужна, имел ввиду совсем другое, — правда дается очень сложно. Теперь на собственной шкуре могу честно ответить: рожаю в муках! Особенно, если учесть, что Витка совсем не меняется в лице. To ли ей действительно наплевать, а это весьма болезненно для моего самолюбия. To ли ярится настолько, что придется долго убеждать в искренности своих намерений, а к этому, мягко выражаясь, не готов. — Я хочу тебя вернуть! — сурово подытоживаю.
— И это все? — безжизненно озадачивает Ивакиной.
— Да, — осторожничаю, чуть сощурив глаза.
— Зачем? — наконец на лице Витки хоть что-то отражается — непонимание. — Мне и здесь хорошо..
Проглатываю ругательство, скриплю зубами:
— Ты принадлежишь мне! — напоминаю злобно.
— Зепар, — неопределенно качает головой Ивакина, — ты меня достал. Нужна, не нужна.. Верну, не возьму! Определись, и я безропотно сделаю, что прикажешь!
Секунду молчу, оглушенный неощутимой оплеухой.
— Без-ропотно?.. — едва не выплевываю, повторяя мерзкое слово.
Витка смиренно кивает, хотя жест больше смахивает на безмерную усталость от назойливого кавалера.
— Ивакина! — рокочу недобро, но контролировать себя уже не получается. — Мне не нужна твоя бестелесная душа — не приму! Хочу тебя.. — шумно выдыхаю. Правда, не уверен, что это необходимо в межпространстве. — Всю.. — добавляю вкрадчиво и доходчиво поясняю: — Не во мне, а рядом..
— Рядом с тобой места нет! — умершим голосом отзывается Ивакина. — Ты — циничный демон, незнающий любви. Да какой любви?!. - переходит на недоуменный шепот. — Ни одного человеческого чувства, ради которого стоило бы вернуться с тобой на Землю. Не-е-ет. Не пойду.. — с каждым словом покачивает головой все сильнее.
— Что значит, не пойду? — озадачиваюсь на миг. — Ты — моя!.. — затыкаюсь от хлесткого взгляда холодных глаз Ивакиной. Накатывает стыд, совесть предательски шуршит: «Засунь непомерное эго в одно место! Эту женщину так не вернуть!» Но привычная сущность демона тоже не уступает: «Черт возьми, я ведь прошел Ад и Рай, чтобы найти девчонку, а она артачится?!»: — Ви-и-ит, — рычу и тотчас умолкаю — Ивакина вмиг окаменевает. Также стремительно испещряется и осыпается, точно хрупкая статуэтка под напором ветра, оставив на своем месте лишь гору песка. Какое-то время пребываю в прострации. Смотрю неверующе. Бл.. Да что происходит?!. От разрывающего гнева, пинаю, что есть мочи стену, к которой прислонялась Витка — песок с глиной разлетаются желтоватым фейерверком.
* * *
— Твою мать! — продолжаю разметывать ногами песок. Яростно усмиряю бешенство, но когда запал угасает, замечаю, что ветер усиливается. Резкие, нещадные порывы хлещут точно плетьми. От разочарования и безнадежности готов выть, но лишь бегу прочь. Точнее, куда глаза глядят — не здесь же стоять. Главное не сдаваться! Верну Ивакину, а потом накажу. О, Боги, как же я ее накажу! Отомщу за все страдания. За всю боль, которую она мне причинила! Вот только, боюсь, для изощренности опыта у меня маловато. Потому что хочу чего-то такого.. Такого.. Чего именно, пока не знаю, но ничего — призову на помощь инет. Покопаюсь, найду, что-нибудь. Душа запоет, и испробую на Ивакиной.. Она меня еще умолять будет, чтобы придушил, а не мучил. Впрочем, если вспомнить секс с ней, почти всегда так и выходило — она молила, заклинала. Как же это было восхитительно!
Осознавать свою силу, знать, что Витка подчиняется. Слышать ее возбужденный голос, стоны. Ощущать власть над ее душой, телом. Владеть сокровищем, способным доставить неописуемое удовлетворение! Потешить эго, залечить порядком израненное либидо..
О-o-o, идиот! О чем думаю?!. Витка — моя болезнь! Неизлечимая опухоль. Лучше бы подумал, как ее удалить из мозга. Хотя тоже неверно — она во мне.. везде! Лоботомия не поможет, скорее, обострит недуг. Сейчас, как могу, торможу глупости, мечтающие показать меня с другой стороны — более сентиментальной, чем Ивакина думает. Разум, он, конечно, спасает — не дает упасть лицом в грязь.. на колени.. Упрашивать Витку, словно не она мне принадлежит, а я ей?!. Еще чего! Я — демон!
Твою мать!
Забыл.. Бывший демон.
Ну и плевать! Так или иначе, Витка — человек от рождения. Черт! Не совсем человек — полукровка. Какая разница?! Хоть микроб одноклеточный. Кем бы ни была — неважно! Это не меняет того, что она — моя собственность! Нужна мне..
У-у-у, это я нуждаюсь в ней!..
Ветер усиливается, уже несется непрерывным потоком, точно пытается меня сдуть с пути. Упираюсь как баран рогами в стену, отворачиваюсь, но упорно иду. Ураган то завывает молебными стонами, то с нарастанием свистит.
Пячусь будто рак — продираюсь сквозь грозные порывы, и падаю в пустоту от неожиданности. Кубарем лечу с покатой горы — перед глазами каруселью мелькает каменистая твердь. Меня неумолимо утягивает вниз.. Затормозить не получается, лишь успеваю в ужасе ухватиться за одиноко-торчащий голый куст. Как же вовремя, ведь земля заканчивается. Миг — и я вишу над обрывом, судорожно вцепившись за растение.
Снизу жарит, словно болтаюсь над жерлом адского вулкана. Это недалеко от правды — под ногами бурлит янтарная река. To тут, то там надуваются огненные пузыри и взрываются, разлетаясь мириадами угольков, раскаленных докрасна.