Страница 187 из 233
— Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы.. под ногами не крутилось.. — умолкает кряхтящий голос старика, явно бормочущего не для моих ушей, а так, мысли вслух.
Твою мать! Демон окончательно чокнулся в своей обители!
* * *
Как только желудок умолкает, медленно заползаю в лужу и ополаскиваюсь, отдраивая кожу от кроваво-гнойного налета. Здорово! Яд Ксафана залечивает в считанные часы. Раны и ожоги уже заживают, только буро-зеленоватая корочка остается. Отмываю, что получается. С кряхтением переворачиваюсь и неспешно встаю на колени. Вновь шумно втягиваю воздуха, заставляю себя подняться в рост. Ура!.. Единственное, что немного смущает — обнаженность. Нет, я, конечно, еще тот красавец и стыдиться естественной мужественности уже разучился веков так.. цать назад. Но носиться по Аду в голом виде — все равно, что прийти в клуб геев, танцевать в обнимку до утра с кем ни попадя, подпевать самые знаменитые треки «голубой братии», а потом с пеной у рта убеждать, что я женщин люблю. Глупая выходка, провоцирующая некоторых особей на решительные действия.
Здесь извращенцев хватает, что доказывает второй круг, пройденный с таким трудом..
На смену радости и счастью приходит негодование. Тело пробивает мерзкая дрожь, кожа покрывается пупырышками, зубы принимаются лязгать. Твою мать! Будь оно неладно, человеческое нутро. To ему жарко, то ему холодно. Демоном быть куда проще — погодные условия, сырость — все до фени.
Сам не понимаю, как, но до костей промерзаю быстро, аж мышцы сводит. Яростно растираю ноги, руки. Пощипываю, слегка шлепаю, чтобы разогнать застоявшуюся, усыпающую кровь.
Мозг делает скромные потуги шевелиться — так, где взять одежду? Взгляд невольно цепляется за остаток лакомства Ксафана — огрызок в окружении кусков джинсов и толстовки. Они мне не подойдут — лоскутным шитьем не занимаюсь!
О! В ловушке есть тройка демонов нижнего звена, а еще души Ивакина и Ваал. Кого туда успела засадить сама демонесса, хрен знает. Было бы не плохо, если бы пару неугодных прислужников — уж больно они нравятся псине.
Подлизываться не люблю, но очень хочется иметь в друзьях такого монстра! Мне заловить теникрылого без сил ангела или демона не дано, а вот у Ксафана есть реакция и дар убивать жителей подземного мира.
Дрессировкой раньше не занимался, но попробовать можно. Со стоном заставляю себя шагнуть. Морщусь, перетерпливая ноющую боль, прогулявшуюся снизу-вверх и обратно. Глубоко вдыхаю и решительно ступаю дальше. Второй шаг, уже более уверенный, хотя в коленях трясучка, будто на шатком плато стою. Жилы гадливо застывают колом, вновь принимаюсь растирать тело — безжалостно, грубовато. Твою мать, неприятно-то как! Зубы клацают. Нужен огонь! Очень.. Только нечего палить. Кхм.. Ксафан огнедышащий! Бросаю задумчивый взгляд на псину-четыре морды, закрыв глаза, мусолят каждая по кости.
— Дружок! — подаю несмело голос. Ксафан на миг отрывается от занятия — на меня уставляются восемь пламенных глаза, но с некоторой отчужденностью, будто дурмана принял. — Мне бы огня.. — затыкаюсь так резко, будто язык проглатываю. От ужаса и неожиданности даже не успеваю среагировать и метнуться в сторону. Меня в долю секунды обдает жаром и сносит назад. Как спиленный с дерева тяжелый сук, безвольно ухающий вниз. Это даже не защитная реакция — просто откидывает волной, и на счастье падаю обратно в лужу на выходе. To, что едва не затискали на втором круге, едва не стало лакомством Ксафана, только что чуть не сгорело на третьем — несколько секунд бултыхаюсь в ледяной воде. Запоздало испуганно вскакиваю: ругаясь, на чем свет стоит и, покрывая матом, мыслительные дарования Ксафана, грожу пальцем:
— Ты, бл.. че творишь, дворняга? — задыхаюсь бешенством. Пыхчу, чуть ли не с пеной у рта, ведь орать шепотом очень сложно. — Меня жарить не нужно! — Резко указываю на самый большой камень посреди пещеры: — Вот его лучше нагрей. — Кровь то бурлит, то вновь замедляет бег. Снова ощущаю озноб, но теперь явно отхожу после проделки животины. Нервно растираю вмиг озябшие конечности. Зверь с довольным видом, словно покрыл с десяток сучек и нахаляву отобедал в престижном ресторане, — вальяжно поворачивает все головы к камню и с господской ленцой метает в него быстрые короткие огненные плевки. Оранжево- красное зарево охватывает с полпещеры разом. Успеваю разглядеть проход в другую, где согнувшись над алтарем, корпит Марбас. Пламя скоро пропадает, а янтарная россыпь, прогулявшись по валуну, угасает уже на земле.
Твою мать! Дружок!.. На языке вертятся только маты. Поскудина! Хотя, его точности позавидует и снайпер. Ведь не прицеливался! Да и меня не убил! Обжог — есть такое, стена огня доставала едва ли, но волной снесло. Я не испепелился. Даже на миг согрелся, как и мечтал, вот только повторное барахтанье в воде в мои планы не входило. Эх! Ксафан..
Ковыляю потихоньку к камню, щупаю ладонями.
— О! — не сдерживаю стона. — Я в Раю..
Опускаюсь, поджимаю колени к подбородку, обхватываю их руками и прислоняюсь к валуну спиной. Мягкое тепло медленно согревает промерзлые косточки. От удовольствия потряхивает — закрываю глаза и проваливаюсь в пустоту. Мыслей нет, желания двигаться — тем более. Хорошеет, жар окутывает все тело, расслабляюсь..