Страница 66 из 75
—Сам удивляюсь. Но если бы подождал тебя дольше, то нашёл бы способ, как выковырять пробку из бутылки, и начал бы запиватьвином.
—А после прикорнул бы на крылечке, — поддержал друг мой шутливый тон.
Причину своего приезда в Москву я изложил буквально в двух предложениях, и после мы начали составлять планы на этот месяц. Насчет поездки на море Борис меня успокоил. В том фильме, куда его брал Рязанов, в главной роли должен был сниматься Николай Рыбников, который был задействован в другой картине и совмещал съемки.
Из-за этой накладки до конца августа Бориса не задействуют, что его полностью устраивало. По поводу сюжета фильма Боря много информации не дал. Сам он должен был играть друга главного героя. Сюжет крутился вокруг того, как парни ищут в Москве девушку, не зная её адреса.
Что-то он мне по описанию напомнил, но фильмы пятидесятых я помнил плохо. Зато я понял, в какую сторону думать по поводу мелодии. По словам Бориса, Эльдару Рязанову нужна была закадровая песня. Своего рода лейтмотив, чтобы подходил по сюжету к фильму и в тоже время не контрастировал в музыкой всё того же Лепина, который писал песни к «Карнавальной ночи» и будет задействован в этом фильме.
По задумке Рязанова, Рыбников споёт под гитару нечто лиричное, что поддержит образ героя. А от Бориса попросил иное. Чего именно режиссёр толком не объяснил и Борис до меня идею донёс непонятными жестами рук.
—Подумаю, — пообещал я. — Времени ещё много. Давай лучше скоординируем наши действия.
Оставаться ночевать каждую ночь у Борьки я не смогу. Завтра только вторник, до воскресенья я обязан утром быть поблизости от института, чтобы в случае необходимости меня могли подключить к работе.
Так что с Борисом мы договорились встречаться возле киностудиии имени Горького и дальше по магазинам или ещё куда. Этот обормот до сих пор не купил фотоаппарат. Типа ему некогда было. Я хоть и взял свой, но и для Бориса нужно камеру купить. И не только её. Полностью весь лабораторный набор и бумагу с плёнками. Опять же, тащить это всё на себе не хотелось.
— Боря, бери завтра машину, — рекомендовал я. — А чтобы на тебя косо не смотрели, припаркуйся за квартал.
На этом и порешили. Утром Борька меня подбросил до метро, а я вернулся на квартиру. Посидел в ней примерно с полчаса, заскучал и отправился за продуктами. Мне же питаться чем-то нужно. К тому же на общей кухне стоял «общий» холодильник. Что-то в него загружу, что-то в комнате оставлю. Хлеб и булочки можно на кухню не носить, а вот масло к тем булочкам отправлю с холодильник.
В результате я сделал две ходки и затарился едой на неделю вперёд. По пути зашёл в хозтовары, где купил посуду. Какая-то на кухне имелась. Однако я не знал, что можно взять без спроса и предпочёл свою. На обед варил себе супа, нажарил полную сковородку свинины с картошкой, которую оставил на ужин.
А в половине третьего, как и договаривались, встретился с Борисом. Борька ждал меня на своей «Победе».
—Ну что, поехали в центр? — поинтересовался он. — На Кузнецкий, в «Юпитер».
Я одобрительно кивнул. Пока мы ехали по Ярославскому шоссе, Борис увлеченно болтал о будущих съемках у Рязанова.
— Ты лучше скажи, как там твои стихи? — вспомнил я. — Из «Молодой гвардии» нет новостей? Июнь-то уже прошёл.
Борька махнул рукой и чуть сбавил скорость перед перекрёстком.
— В печать-то они сборник в июне сдали, я сам подписывал оригинал-макет. Но в издательстве сказали, что раньше конца августа тираж из типографии не жди. Очередь! Пока напечатают, пока переплетут... Обещали прислать открытку-извещение, как только первые авторские экземпляры на склад привезут.
— А тираж какой утвердили? — задал я вопрос.
— Худсовет расщедрился, — Борька довольно улыбнулся. — Посмотрели на сборы «Карнавальной ночи» и бахнули сразу двадцать пять тысяч экземпляров. Сказали, комсомолки расхватают. Кстати, помнишь те снимки крупным планом, что ты мне делал в Краснодаре?
— Ну? — оживился я.
— Художественный редактор за них уцепился! На обложку, правда, пустить побоялся — говорит, слишком по-заграничному будет, партийное начальство не поймет. Зато утвердили фото на фронтиспис, прямо перед титульным листом. Так что, Валька, в сентябре будешь созерцать мою физианомию во всех книжных магазинах Краснодара.
— И в Краснодаре? — удивился я, представив, какой ажиотаж начнется.
— Конечно! — гордо заверил Борис. — Заведующий редакцией пообещал, что в Краснодарский «КОГИЗ» на Красную улицу отправят отдельный заказ. Земляки всё-таки.
В магазине «Юпитер» на Калининском мы быстро приобрели всё необходимое для фотографий. Взяли такой же как у меня зеркальный «Зенит-С» с объективом «Индустар-22». К нему фотоувеличитель «Ленинград-4», коробки с кюветами, несколько пачек фотобумаги и разную химию. Рассчитавшись, мы дотащили этот груз до «Победы» и забили багажник. Борька снова подкинул меня до метро и поехал домой в Бабушкино.
Едва переступив порог, я почувствовал, как желудок напомнил, что обедал я давно и пора бы поужинать. Удачно я заранее его приготовил, теперь возится не нужно. Правда, зайдя на общую кухню, предвкушая сытный ужин, я с недоумением огляделся.
На плите стояла моя новенькая сковорода. Пустая. С застывшим тонким слоем жира. В кастрюле из-под супа осталась лишь пара разварившихся картофелин в мутном остатке бульона. Соседи, с которыми я так и не познакомился, всё сожрали. Мало того, они грязную посуду (мою посуду!) швырнули прямо в раковину, даже водой не залив.
Внутри у меня закипело. Устраивать базарный скандал вроде бы не по статусу, но и спускать такое откровенное свинство я не собирался. В этот момент дверь кухни скрипнула, и вошли оба аспиранта. И лица у обоих сытые и нагловатые.
— О, явился, — ухмыльнулся один, не глядя в сторону раковины. — Ты что это соседей не уважаешь, не знакомишься? Меня Вадим зовут, это Олег.
— Ты, студентик, посуду помой. Нечего грязной оставлять, — поддакнул второй.
— Я-то помою, — сдерживая бешенство, ответил я. — Только посуда эта моя. И суп с мясом, который вы съели, тоже были моими. У вас в Москве так принято — чужое без спроса жрать и хозяина крайним делать?
Вадим сделал шаг вперед.
— Ты тут голос не возвышай, провинция. Нам уже сказали, что за фрукт селится. Знаем мы таких, блатных. Приехал, папочка небось волосатую лапу в министерстве имеет, раз тебя с Кубани в Москву продвинули? Сам небось в жизни ничего не придумал, за папиной спиной такой хороший!