Страница 137 из 226
Дорогой мой мужчина в крахмальном воротничке. Очень удивилась, получив письмо из Нью-Йорка. Что же это за человек, с которым я связалась? Перестаньте играть в провинциальное простодушие, напишите, как подобает порядочному буржуазному мужу средних лет писать своей любящей буржуазной женушке, то есть расскажите, вместо того, чтобы бесконечно шутить и намекать{253}. С чего бы это вдруг явились Вы в смокинге в «Уолдорф Астория»? Пришлите фотографию «молодого провинциала в смокинге». Вы что, купили смокинг? И какие изменения в Вашем сердце произвел крахмальный воротничок? Теперь и сердце накрахмалено? Вы очень мило все написали. Благодарю и поздравляю. Если регулярность поступления моих писем нарушена, вспомните, что я нахожусь в глубинах пустыни, и не обвиняйте меня ни в лени, ни в забывчивости. Посетила все пять городов Гардаи, коричневые, белые и голубой, восхитительный при здешнем освещении. А что бы Вам совсем не понравилось, так это мухи, мириады мух. Не успевает ледяной ветер уничтожить одну мушиную армаду, как на следующий же день появляется новая, такая же большая. В настоящий момент они жрут меня, в то время как я еще пытаюсь здраво рассуждать. Имеются также и блохи. Сверх того, бедняга Сартр в первый же день подцепил особый вид насекомых, интимного свойства, он просто умирал от стыда, признаваясь в этом аптекарю, на что тот только улыбнулся: «Они здесь у всех» — и дал Сартру большую коробку порошка ДДТ, а его жена заявила, что сама она пользуется этим порошком утром и вечером, особенно, когда ездит в автобусе. Сартр засыпал ДДТ все — себя самого, комнату, пытался даже мух посыпать, но безуспешно. Свою комнату и себя я от этого запаха ограждаю, и буду продолжать. Гостиница упорствует в своем стремлении накормить меня верблюжатиной, я мешаю осуществлению их намерений, так как никакого мяса не ем вовсе.
Сегодня с утра — большой базарный день, с верблюдами и всем остальным, как в Джербе. Я вспомнила Ваш дурацкий вид в арабском наряде и с симпатией смотрела на жесткие черные лица, которыми Вы так восхищались. Розовые и толстые крестьяне из долины ничего не говорили моему сердцу, а прекрасные сыновья пустыни — многое.
Прочла некоторые из тех маленьких книжек, что Вы мне прислали. Храните меня в Вашем сердце, ненаглядное мое сердечко.
Ваша Симона
Дорогой мой. Нахожусь в таинственном сердце таинственного Ахаггара, стране черных гор и людей в голубых покрывалах, которые тщательно скрывают их черные рты. Страна и в самом деле чудесная, так же как и нелегкая дорога, которая сюда ведет. Из Гардаи, где уже себя чувствуешь вдали от всего, я уехала в прошлую субботу на рассвете. Огромное красное солнце вставало над горами, похожее на то, что мы видели выпрыгивающим из моря рядом с Габесом. В огромном грузовике с шофером-арабом, который перед выездом бесконечно долго молился Богу, мы в дискомфорте путешествуем впятером: одетая в белое монахиня, арабы и мы, все, тесно прижавшись друг к другу, на одном узком сидении. Переезд через Сахару занял целый день, два раза чуть не погибли, второй раз починка машины заняла не менее двух с половиной часов, и мы ждали под палящим солнцем, а арабы развели костер и готовили чай. На протяжении четырнадцати часов пути нам встретился лишь один бордж, то есть жалкое место, где можно найти воду и где можно присесть, чтобы перекусить взятой с собой провизией. Скучно не было ни минуты, пейзаж потрясающий — горы, скалы, песок — и непрестанно изменяющийся. Постоянным развлечением в пути было нечто, что называется дорогой, а, в сущности, представляет собой еле различимую в песках тропу, вне которой вести машину слишком трудно, так что следует тщательно ее придерживаться. Между тем, над ней трудится целая армия французов, на расстоянии 1000 км только и слышишь об этой дороге, которой никто не пользуется. Каждые 150 км одинокий солдат и шесть чернокожих вяло производят какие-то действия над этим нечто. Тогда следует остановиться, солдат предложит Вам выпить кофе под навесом и будет нервно говорить, как человек, открывающий рот лишь один раз в день, о других солдатах, об офицерах. Останавливаются также и в том случае, если, подобно судам, приветствующим встречных в океане, встречают другой грузовик, то есть один или, в лучшем случае, два раза в день.