Разрушение

Три минуты спустя собрание завершилось. Мы вынырнули из ствола дерева в лес, где Бриар прижала руку к животу, и ее стальное выражение лица рассыпалось. Из ее рта вырвались глубокие вдохи, а щеки залил румянец.

Мы замерли на пороге, адреналин от того, что только что произошло, настигал нас. Девочка топталась позади, застыв в дверях и собираясь закрыть за нами.

Я развернулся к малявке и наклонился к траве. На этот раз я посмотрел на нее совершенно серьезно. — Ты здесь по собственному выбору? И не вздумай врать, иначе этот шут узнает.

— Пф-ф. Я не лгунья, — стала защищаться девчонка, хотя эта дерзкая уверенность не достигла ее глаз. — Любой поступок — это выбор. И это мое дело.

Бриар, стоявшая рядом, опустилась на уровень девочки. — Топор — это твое хобби или призвание? Ты можешь рассказать нам и быть уверена, что мы поймем разницу.

Иными словами, мы услышим то, о чем она молчала. И ей не стоило беспокоиться о том, что она может признаться в чем-то, что приведет ее за решетку. Что бы она здесь ни делала, это было не ради приключений или какого-то извращенного внушения. Судя по ее поведению, ее также не принуждали и не держали в плену.

Девочка отвернулась, уставилась в землю и замкнулась в себе.

Я скрестил руки на приподнятом колене. — Как твое имя, Кое-кто?

— Имена опасны, — пробормотала она, обращаясь к траве.

— Да. Это значит, что мы можем выследить тебя и найти. Мне кое-что известно о том, как хранить настоящие имена в секрете. — Я наклонился ближе и прошептал: — У меня та же проблема.

Она резко вскинула голову. — Твое настоящее имя — секрет?

Я кивнул. — Обменяемся?

Взгляд Бриар метнулся к моему. Лишь она, Нику и Джинни знали мое настоящее имя. Хотя его раскрытие больше не несло в себе риска, это имя всегда предназначалось только для доверенных ушей, и избавиться от этой привычки оказалось трудно. Тем не менее, если это было необходимо, я был готов сделать исключение.

Девочка поразмыслила, затем покачала головой. — Я не принимаю подачек. Я не стану отбирать у тебя твое имя.

— Как знаешь. В таком случае, скажи нам, что они тебе пообещали. Чудо? Мешочек с монетами? — Но когда она закатила свои блестящие глаза, я сделал предположение. — Ты здесь, чтобы спасти себя? Или чтобы защитить кого-то другого?

— Пожалуйста, — настаивала Бриар, ее дыхание вырывалось изо рта крошечными облачками пара. — Как мы можем тебе помочь?

— Мне не нужна помощь, — пробормотала она.

— Тогда кому она нужна? — поинтересовался я. — Ради кого ты играешь в эту игру?

Грудь девочки вздымалась и опадала. Она еще сильнее стянула капюшон на голове, мешая нам разглядеть ее кожу. — Моя мать. — Ее хриплый голос треснул, как расколотое полено. — Она Мастер.

— Которая из них? — спросила Бриар. — Можешь нам сказать?

Девочка покачала головой и украдкой взглянула на нас. — Она больна.

Ах. Так вот что имел в виду Векс, говоря о замене. Мать была Мастером, слишком больной, чтобы выполнять свою работу. А поскольку эта девочка, должно быть, обучалась, чтобы пойти по стопам женщины, элитная гильдия взяла ее дочь в качестве замены и каким-то образом заставила малявку делать за них грязную работу. Это должно было означать, что она обладала исключительными навыками, раз уж эти ремесленники ее ценили.

Учитывая наличие топора, я подумывал спросить о ремесле матери. Лесоруб уже присутствовал, значит, какая-то другая работа по дереву?

К сожалению, мы не могли злоупотреблять их гостеприимством. Еще один любопытный вопрос, и девочка бы замкнулась в себе.

Глаза Бриар наполнились сочувствием. — Мы знаем, каково это — переживать из-за страданий любимых людей.

Девочка моргнула, ее глаза увлажнились. Секунду спустя она подавила подступающие слезы и скрестила руки на груди. — Я не уйду с вами, если вы об этом подумали.

— Но ты могла бы, — сказал я ей. — Ты была бы в безопасности. И мы могли бы прислать придворного лекаря, чтобы он позаботился о твоей маме…

— Нет! — в панике взвизгнула она, а затем выровняла голос. — Нет.

Я прищурился. Если бы я не знал наверняка, я бы решил, что эта малявка не хотела, чтобы ее мать находилась где-либо поблизости от замка.

В отчаянии Бриар взмолилась: — Все равно пошли с нами. Мы не будем задавать вопросов.

— Либо я мог бы просто перекинуть тебя через плечо, — предложил я.

Девчонка отступила назад и хлопнула рукояткой топора по ладони другой руки. — Только попробуй, мудак.

Я бы попробовал. И у меня бы получилось. Ее меткость не сравнилась бы с моей скоростью.

Но если бы я это сделал, это могло бы подвергнуть ее и ее мать такой опасности, какую мы и представить себе не могли. Мастера не применяли к ней физического насилия, но эмоциональные манипуляции — совсем другое дело. Не зная всех деталей, попытка силой утащить эту девочку отсюда могла лишь ухудшить ее положение.

— Любой поступок — это выбор, — нехотя процитировала Бриар слова ребенка, а затем грустно улыбнулась ей. — Ты очень смелая.

— А вы — лжецы. — Мы опешили, но она пояснила: — Вы не станете наказывать за это их сыновей и дочерей. Но вы и не собираетесь оставлять этих предателей в качестве Мастеров, какой бы выбор они ни сделали.

Воистину, проницательно. И впечатляюще.

Бриар никогда бы не стала отвергать чьего-то ребенка из-за ошибок его родителей. Дети Мастеров получат шанс заработать свои места в гильдии, как и любой другой ремесленник на этой земле, как только правила станут демократичными. Как бы то ни было, Бриар нужно было преимущество, и одного лишь намека оказалось достаточно.

Что касается всего остального, эта малявка тоже была права. Бриар сказала, что сохранит статус Мастеров. Она просто не уточнила, на какой срок. У нас, возможно, пока и не было физических доказательств их связи с Ризом, но время решит эту проблему, равно как и то, как разоблачить наших врагов так, чтобы это не привело к гражданским волнениям, и уж тем более к войне между королевствами.

Мы переждем бурю, а затем арестуем предателей. После этого гильдия будет широко открыта для новых ремесленников, которые заслужат свои звания честным трудом. И к тому времени, будем надеяться, девочка уже получит любую компенсацию, которую требовала от этих ублюдков.

— Твой мальчик, — сказала девочка.