Страница 201 из 2197
— Принцесса Евгения, меня зовут Макс Дорн. Я — новый главный повар на королевской кухне! — отодвинул тумбочку высокий худощавый парнишка с вихром на затылке. Он выглядел чуть получше — его передник был чище, а униформа выглядела вполне себе опрятно.
Я смерила их обоих взглядами и спросила:
— Чем занимается каждый из вас?
Он переглянулись и Дэн сказал:
— Я делаю всё, что готовят в печи. Хлеб, мясные пироги, запечённую оленину…
— Я тоже работаю с печами и плитой! А ещё варю похлёбку и умею запекать рыбу целиком! — похвастался Макс.
— Значит, Главный Повар не успел назначить главного? — я внимательно посмотрела на них и мужчины потупили глаза. — Ясно. Кто ещё болеет? У кого есть сыпь?
— Пока ни у кого, — покачал головой Дэн, но я не поверила.
— Поняла. Спасибо. Идите, работайте, — кивнула я и отвернулась.
Ну что ж, пора навестить Эйдана, хочет он того или нет.
Юли проводила меня в залу для аудиенции, но она была непривычна пуста. Одинокий церемониймейстер сидел у окна и читал книгу, когда я решительным шагом подошла к нему и прервала приятное занятие.
— Я хочу видеть Его Величество, — мило прощебетала я и улыбнулась. Будет неправильно показывать, что я дурно воспитана в захолустной российской глубинке. Придётся притворяться.
— Он нездоров, Ваше высочество, — церемониймейстер вскочил и отвесил мне учтивый поклон.
— Тогда чем быстрее я его увижу, тем быстрее он выздоровеет! — я добавила в голос металла и сдобрила новой улыбкой. — И я не прошу. Я требую!
На организацию «аудиенции» ушло около пятнадцати минут, в течение которой я придирчиво рассматривала залу. На подоконниках стояли поникшие цветы, покрытые бесцветной пылью. Да уж, уборка никогда не была сильной стороной мужчин. Даже королей.
— Прошу Вас, Ваше Высочество, Его Величество ожидает! — учтиво произнёс церемониймейстер и проводил меня в кабинет.
В полумраке, при задёрнутых шторах, развалясь на кожаном кресле, сидел Эйдан. Даже полулежал. И я, вспоминая своё вчерашнее состояние, мстительно ухмыльнулась. Вежливо присела в реверансе, пока не вышел слуга, а потом быстрым шагом метнулась к окну и раздвинула шторы, впуская в помещение яркий дневной свет.
Сразу стало понятно, что король болен. Серый цвет лица напоминал кипу бумаг, лежащих перед ним, а поза теперь выглядела не расслабленной, а скорее страдающей. Глаза страдальчески щурились от ярких лучей.
— Мог бы не притворяться и не вылезать из кровати. Твои повара чуть меня не убили, — с вызовом произнесла я. — И, судя по твоему виду, скоро доконают и тебя.
— Ммм, — пробормотал Эйдан и тут же замолчал. Боится запачкать стол содержимым своего желудка!
— И меня, в общем-то, устраивает такой расклад, — я обошла стол и подошла к Эйдану. Взгляд метнулся к тяжелому пресс-папье, которым можно было тюкнуть его в висок. — С твоей смертью от неизвестной болезни я смогу стать королевой без утомительной свадьбы и прочих реверансов. Да и Элу не привыкать к смене короля.
Я усмехнулась, отмечая, как потух взгляд Эйдана. Он неотрывно смотрел на то, как шевелятся мои губы, и молчал.
— Но так как я умирать не собираюсь, да и люди во дворце ни в чём не виноваты, я предлагаю тебе помощь. Можешь считать, что это пятое условие.
Он кивнул.
— Ты разрешаешь мне перестроить порядки в твоей кухне и подчинить всю прислугу моей воле. Они должны слушаться меня беспрекословно. И я буду иметь право их наказывать, выгонять и нанимать новых.
Эйдан снова кивнул, теперь уже энергичнее.
— И ты распускаешь двор на летние каникулы. Пусть едут в свои дома и развлекаются там. Пока мы всех их не отравили. Я была на твоей кухне, и очень сильно удивилась, что мы все ещё живы. Ужасная антисанитария!
Эйдан нахмурился, не в силах понять.
— Грязища, говорю, жуткая. Ты знаешь, что твой Главный Повар помер от гнилостной горячки?
Эйдан помотал головой.
— Теперь знаешь. Тогда решено! Пусть пишут указ от твоего имени, ты подписываешь, и я приступаю. Немедленно!
Эйдан улыбнулся и снова кивнул, уже энергичнее.
— Если после свадьбы ты будешь молчать и вести себя так же примерно, то, может, мы и поладим, — усмехнулась я и вышла, не прощаясь.
Если желудок короля не выдержит простенького ротовируса, так ему и надо! Устрою ему пышные похороны с хвалебными речами в газетах.