Страница 56 из 99
Глядя, как волны накатывают на берег, Лидия с внезапным ошеломлением вдруг осознала всю их мощь. А потом ее пронзила смешная гордость собой, что она по-настоящему оседлала эти волны – ну пусть в самом-самом вольном понимании слова «оседлать». Она, не самая спортивная в мире женщина без малого сорока лет, впервые в жизни попробовала серфинг – и не утонула, не разрыдалась и не была обезглавлена в результате какого-нибудь жуткого несчастного случая, о которых читаешь в сетевых новостях.
Есть чем гордиться!
– Ага, – подтвердил Джейк, размахивая стопкой наколотых на вилку кусочков картошки. – Еще как есть.
Лидия даже не осознавала, что произнесла это вслух. Она обернулась к нему с почти виноватой улыбкой и постаралась даже себе не признаваться, что, стоило их глазам встретиться, пульс у нее забился чаще.
Это задало тон всему остатку дня. Они гуляли вдоль берега, окунали разгоряченные ступни в те же волны, по которым недавно катались на досках, и в целом от души наслаждались чудесным летним днем на море.
По крайней мере, Джейк наслаждался. Лидия же по большей части старалась не сойти с ума.
В какой-то момент Джейк купил им по мороженому в маленьком киоске прямо на пляже, и Лидию только что в жар не бросило при виде того, как он слизывает с вафельного рожка маленькие подтаявшие капли. В конце концов ей пришлось отвернуться и уставиться на море, из последних сил пытаясь держаться как ни в чем не бывало, хотя внутри у нее все пылало, как раскаленные угли.
Ближе к вечеру, все-таки заставив себя проститься с морем, они вернулись к фуникулеру на крутом склоне холма. В маленькой кабинке оставалось всего два места, и, не успела Лидия предложить подождать следующего, Джейк прошел вперед нее и сел, с улыбкой обернувшись к ней.
Ничего не оставалось, как тоже войти и сесть прямо напротив него. На нее вдруг дохнуло слабым запахом геля для душа – и сердце снова понеслось вскачь. Перед мысленным взором настолько живо и ярко возник образ намыливающегося под струями воды Джейка, что Лидия неловко закашлялась, чтобы скрыть смущение, точно какая-то влюбленная по уши школьница.
– Ты как? – негромко спросил Джейк, озабоченно морща лоб, и у нее внутри снова начало припекать.
Однако она заставила себя улыбнуться и уверенно кивнула – ну то есть настолько уверенно, насколько позволяло ей предательское тело.
– Отлично, – заявила она, и он улыбнулся. Сейчас в легком изгибе его губ сквозило что-то непривычное, и Лидия думала об этих губах еще долго после того, как он перестал улыбаться.
До машины, к которой они вернулись почти через шесть часов после того, как вылезли из нее, Лидия добралась слегка обгоревшей на солнце, притомившейся и более чем готовой хорошенько вздремнуть на пассажирском сиденье.
И только тут вспомнила, что машина Джейка напоминает скорее парилку на колесах.
Да ради всего святого!
Лидия стянула легкую рубашку, наброшенную поверх куда более прозрачной, чем ей казалось дома, маечки, и чуть не умерла от неловкости, поймав на себе вопросительный взгляд Джейка поверх крыши автомобиля.
– Готовлюсь к сауне, – пожала плечами она, надеясь, что выглядит непринужденнее, чем чувствует себя.
Он наконец засмеялся, и на миг все снова стало совершенно как прежде, а меж ними снова была все та же легкость, а не эта странная напряженность. По крайней мере, не та напряженность, которую стала ощущать Лидия. Джейк-то вел себя совершенно как всегда, будто и не было этого безумного поцелуя, от которого звенело в голове, плавились кости, а земля уходила из-под ног.
Ой.
О нет!
Лидию вдруг пронзила мысль, совершенно не приходившая ей в голову до этого самого момента. А вдруг от этого поцелуя звенело в голове и земля уходила из-под ног только у нее, Лидии, а у Джейка нигде не звенело и ничего никуда не уходило? Он ведь выглядит и ведет себя ровно так же, как всегда, точно меж ними ровным счетом ничего не изменилось – это она вся так и пылает.
Боже, ну как же неловко-то!
Она возблагодарила судьбу за то, что совершила это открытие заранее, до того, как обсудила с кем-нибудь события дня. А то выглядела бы полной дурой. Стараясь игнорировать порожденное этим озарением смутное разочарование, она залезла в машину, уже и так раскаленную после целого дня на солнцепеке.
Обратный путь прошел тихо, особенно после того, как Лидия притворилась спящей, чтобы как следует обдумать произошедшее. Урок серфинга казался сейчас таким далеким-далеким, словно бы происходил несколько дней назад, отодвинутый на задний план сейсмическим сдвигом, произошедшим с Лидией после поцелуя.
А сам поцелуй –
боже мой,
что это был за поцелуй: она никогда не испытывала ничего подобного. Мягкие прикосновения его губ, казавшихся одновременно до странности знакомыми и восхитительно новыми. А как этот поцелуй изменился уже через пару секунд, стал совершенно другим – бурным и искренним, а уж до чего страстным… У нее все тело начало ныть и гудеть от желания при одном воспоминании.
Однако потом на смену пришла чистая неловкость. Как же по-дурацки все было после этого поцелуя. Вечно она умудряется ляпнуть что-нибудь глупое, а Джейк небрежно пытается сгладить ситуацию – как всегда. Потому что, понятное дело, для него-то ровным счетом ничего и не изменилось.
Она попросила его подыграть – и он подыграл. Только и всего.
И пока они неслись обратно через поля и перелески Северного Йоркшира, в голове у Лидии билось лишь одно: надо связаться с Олли или Милой и обо всем им рассказать. И как можно скорее.